Ну вот, свершилось! И за лайки будут наказывать, и за оскорбление власти, даже самой мелкой сошки... (Армия стукачей в Сети руки потирает: заживём! Госпожа Яровая рыдает в сторонке: опередили, переплюнули!) Теперь любое нехорошее слово произнести - чревато будет. А вдруг рядом чиновник вывернется - он же точно это на свой счёт примет. Он же обострённо-чувствительный такой, каналья! Все покровы с истинного адреса этого слова сорвёт, его не обманешь.
И вот, горячо и нежно любимый мой Саша Чёрный, пришло время тебя вспомнить, твою Цензурную сатиру.
Я видел в карете монаха,
На рясе сверкнула звезда!..
Но что я при этом подумал,
Я вам не скажу, никогда!
Иду - и наткнулся на Шварца,
И в страхе пустился бежать.
Ах, что шептал по дороге -
Я вам не решаюсь сказать.
Поднявшись к знакомой курсистке,
Усталый от всех этих дел,
Я пил кипячёную воду,
Бранился и быстро хмелел.
Маруся, дай правую ручку.
Жизнь - радость, страданья ничто.
И молча я к ней наклонился...
Зачем? - не скажу ни за что!
К цензуре нам, на нашей родине, не привыкать. Вот только один пользователь Сети, невоздержанный такой, брякнул, о чиновниках: "Ещё умолять нас будут, чтоб поругали..." И что этот поганец имел в виду?