Многоуважаемый, Лев Семёныч. Это пишет вам Карла Крузенштерн. Вы меня помните? Конечно, не помните, в советское время вы много пили и отращивали бороду. Часть вашего светлейшего ума была занята бородой, а часть выпивкой. Куда вам помнить меня? Вы вообще многое позабыли, Лев Семёныч. Вы когда-то писали стихи, помните? Когда-то вы были актуальны в рамках отсутствия актуальной повестки de facto, конечно, но для меня вы были актуальны. Начинаете вспоминать, Рубинштейн Понимаете ли, Лёва, модернизация идет полным ходом, вы в этом правы. Нет никакой пост-модернисткой индустриализации. Лёвушка, вы правы. Но все вокруг поросло мхом ложных интерпретаций. Модернизм умер в головушках, Лёвушка. Тебя аппроприировали, и ты не был против. Потому что ты постарел, Лева. Ты вписался, нет , даже, тебя вписали в эту глянцевую оппозиционную кормушку. Ты стал симулякром интеллектуала. Что ты пишешь в своих книжках, Лёвочка? Понимаешь, единственное отличие тебя от лавочного деда с пивом в том, что ты пьешь