Давайте сразу: да, Assassin’s Creed: Odyssey — почти точная копия AC: Origins, но в Древней Греции. Это не хорошо и не плохо, это факт — за «Одиссею» взялись еще во время разработки «Истоков», перед этим обозначив новый вектор развития серии — RPG. Поэтому две эти игры работают на одних и тех же механиках и по одним и тем же принципам — в чем-то удачным, а в чем-то не очень. И главная проблема в том, что новые Assassin’s Creed — никакие на самом деле не «ролевые», и если вы, поверив авторам, будете ждать от Origins или Odyssey именно RPG, то жестоко разочаруетесь. Зато это отличные экшены в безумно красивом открытом мире — и я искренне не понимаю, почему Ubisoft не хочет этого признать.
Древняя Греция в Assassin’s Creed: Odyssey прекрасна, и ее создатели это знают — иначе как объяснить, что игра открывается сценой, в которой Икар, ручной орел главного героя, облетает остров Кефалиния, показывая все его красоты.
В этом смысле Эллада куда удачнее работает как сеттинг, чем тот же Египет: вместо пустыни и песка здесь огромные поля виноградников, раскинувшихся на склонах холмов, густые зеленые леса, по которым бродят волчьи стаи, живописные побережья, сдерживающие мощные волны прозрачного Эгейского моря, и безупречная античная архитектура.
В этот мир влюбляешься, даже когда просто ходишь по живописному крохотному начальному острову, а уж когда тебе дают собственный корабль, и ты выходишь в буйное открытое море, сомнений вовсе не остается — это самая красивая Assassin’s Creed в мире.
И да, морские сражения в ней играют роль гораздо более важную, чем в Origins. Все-таки Древняя Греция — это в том числе и множество небольших островков, раскиданных по всему Эгейскому морю, так что перемещаться по воде в Odyssey предстоит чуть ли не чаще, чем по суше. Все, что надо, чтобы в самое сердечко поразить поклонников Black Flag, здесь есть — своя трирема «Адрестия», возможность ее всячески улучшать, набирать команду, грабить торговые суда, устраивать масштабные разборки среди высоких волн. В общем, при желании вы можете стать древнегреческим пиратом, и никто вам за это ничего не сделает.
Хотя, наверное, сделает — если вы слишком уж начнете буянить. В «Одиссее» работает система наемников, и это что-то вроде звездочек полиции в GTA. Когда вы начинаете без разбора и на глазах мирных жителей убивать людей и воровать их имущество, грабить мирные суда, топить торговцев и в целом вести себя некрасиво, за вашу голову назначают награду и высылают за вами опасного наемника, который сам по себе перемещается по Греции и реально вас ищет. И чем выше уровень разыскиваемости, тем больше охотников за головами за вами отправят. И самое крутое, что даже будучи законопослушным греком, этих наемников можно встретить в каком-нибудь городе — они вроде как живут собственной жизнью, ходят там по своим делам и ждут нового заказа.
Вся эта история с наемниками — пожалуй, единственный элемент (по крайней мере, пока), делающий мир Assassin’s Creed: Odyssey живым. Все остальное — лишь декорации: распорядок дня NPC, поведение персонажей, ставших свидетелями преступлений, жизнь в городах и на фермах, бандитские лагеря в лесах и горах — ничто из этого не выдержит даже минимальной проверки. Максимум местной симуляции жизни — это когда NPC и враги ночью идут спать, а днем просыпаются и возвращаются к своим позициям в игровом мире. Это выглядит именно как симуляция — простейшая, явная, грубая, выбивающая из атмосферы, созданная по книжке «Как сделать RPG в 2000 году».
Серьезно, это даже не уровень первых двух Gothic — мир Assassin’s Creed: Odyssey слишком уж условный и «декоративный», чтобы называть эту игру ролевой. Кажется, будто Ubisoft посмотрела, что точно должно быть в RPG, и добавила это все и такая: «Вот, теперь это ролевая игра». И ведь правда! Открытый мир есть, диалоговая система тоже, как и сотни побочных квестов, даже ваши решения на что-то вроде бы влияют. И плевать, что мир — это просто красивая локация, в которой нет жизни, что варианты выбора в диалогах никакого выбора в себе не несут, что половина побочных квестов — это зачистка бандитских лагерей, и что последствия принятых решений на основной сюжет не влияют (опять же, по итогу 15 часов). ДОЛЖНО ЖЕ РАБОТАТЬ!
Не работает. Хорошо, буду честен до конца: за то время, что я наиграл в «Одиссею», мне припомнили лишь одно мое решение — оставить в живых больных жителей острова. Через 10 (!) часов я узнал, что из-за этого весь остров охватила болезнь. Я сразу же прыгнул в «Адрестию» и помчался туда… нашел ли я там какой-то нибудь квест по поиску лекарства, например, как думаете? Нет, черт возьми — этот остров как стоял дубовый, так и стоит до сих пор, там только визуальный фильтр сменился, и теперь все выглядит желто-коричневым — болезнь бушует типа. Может быть, еще через 10 часов мне и предложат задание, с этим связанное, но это все равно не превратит «Одиссею» в RPG.
Еще один пример — война. Вообще-то в 431 году до нашей эры, когда происходят события игры, началась Пелопоннесская война, кровопролитное сражение между двумя крупнейшими греческим полисами — Афинами и Спартой. И так как главный герой — наемник, воевать он будет, я предполагаю, на той стороне, которая больше заплатит — опять выбор, понимаете, да? Тут два момента. Во-первых, я предполагаю, потому что пока мне дали вписаться только за Спарту и ослабить силы Афин, уничтожив припасы и убив одного из управленцев. Во-вторых, на что именно это повлияет, я не до конца понимаю — потому что война закончилась победой Спарты, я знаю, в интернетах читал.
Тем не менее «военная» механика в игре есть, и она потенциально крутая — перед большим сражением, в котором принимает участие и главный герой, надо ослабить силы противника, выполнив несколько квестов. Если однотипные задания по уничтожению провизии и убийству менеджеров вскоре не наскучат, то Assassin’s Creed: Odyssey можно будет назвать одной из лучших ролевых игр в мире! Ладно, шучу — нельзя будет, конечно.
Хотя бы потому, что... вы видели третьего «Ведьмака» вообще? Именно на него ориентируется Ubisoft, и это очевидно. Если добавить в диалоги варианты ответа, а на огромную глобальную карту — много знаков вопроса, подсвечивающих «места интереса», новейшие Assassin’s Creed не превратятся в RPG. Им пока не хватает жизни и глубины проработки — хотя, опять же, с точки зрения декораций мир Odyssey проработан великолепно. В Велене можно было выполнять десятки увязанных между собой заданий, менять мир своими действиями, жить в нем и следить за процессами, которые в нем протекали вне зависимости от Геральта. На Кефалинии можно только уничтожить несколько бандитских лагерей и полюбоваться природой.
И пусть Assassin’s Creed: Odyssey не очень удачная RPG, зато это великолепный экшен, который в некоторых моментах превосходит того же «Ведьмака». По новой игре хорошо видно, что авторы вроде бы хотят двигаться в сторону ролевой игры, но при этом даже не думают хотя бы минимально жертвовать ключевыми механиками — боевой системой и стелсом. До сих пор в «Одиссее» каждое задание заканчивалось махачем — ведь Ubisoft слишком гордая, чтобы предложить мирный квест, в котором минут пятнадцать можно только болтать с NPC. Почему бы тогда просто не признать, что это экшен в открытом мире, с диалогами и побочными квестами?
Кассандра — самый крутой главный герой Assassin’s Creed. Причем именно Кассандра, а не Алексиос — за кого из двух персонажей играть, выбираешь в самом начале, но я не вижу ни одной причины не играть за озорную и совершенно безбашенную наемницу. Особое удовольствие наблюдать за ней в диалогах — она грязно ругается и много шутит, всегда находит что сказать, и лучше всего это видно в разговорах с хитрым Сократом.
Я понимаю, что диалоги для двух главных героев написаны одни и те же, но почему-то именно Кассандра воспринимается как персонаж, под которого их писали с самого начала. К тому же свою роль, очевидно, играет ее приятная внешность и задорный акцент (если играть с английской озвучкой). Пожалуй, впервые после второй части, где появился Эцио, Assassin’s Creed обрела по-настоящему харизматичного главного героя.
Впрочем, как Ubisoft не смогла превратить серию в ролевую игру, так и нормально раскрыть героиню у нее не получилось. И это еще одно подтверждение тому, что «Одиссея» — в первую очередь экшен про спартанскую наемницу, а никакая не RPG. Тем не менее где-то на двадцатом часу игра заваливает псевдоролевыми механиками, а количество ВСЕГО в ней вырастает до каких-то невероятных значений. Это касается и диалогов, через которые в серьезных ролевых играх чаще всего и принято раскрывать главных героев — но только не в Assassin’s Creed: Odyssey.
В Assassin’s Creed: Odyssey диалоги, как и все прочие «ролевые» элементы, не работают так, как должны. У вас не выйдет толком разговорить персонажа, поболтать с ним хотя бы минут семь, узнать от него что-то о мире, в котором происходят события игры, понять его мотивы, узнать больше о характере других героев — иначе говоря, не выйдет в полной мере воспользоваться диалоговой системой, которая есть не для какой-то конкретной цели, а просто зачем-то.
Выше я написал, что за Кассандрой круто наблюдать в диалогах, и это правда — здесь речь идет о фразах и формулировках, которыми общается героиня. Этими же фразами и формулировками она могла бы легко общаться и в обычных роликах и кат-сценах, но авторам обязательно надо было прикрутить систему диалогов с вариантами ответа — RPG же! В результате все эти варианты выглядят как порезанный на несколько коротких предложений заскриптованный диалог. Вот так примерно:
- Я ищу женщину, бежавшую из Спарты много лет назад!
- Ответ собеседника.
- И куда же она направилась?
- Ответ собеседника.
- А как назывался тот корабль?
- Ответ собеседника.
- Спасибо.
Это прямолинейный диалог, в котором все фразы четко следуют друг за другом, просто в Odyssey — ничего себе! — вы можете САМИ кликать на реплики главной героини. И так устроены 90% диалогов в игре. Разумеется, есть исключения — например, те же беседы с Сократом, но даже в них прослеживается прямолинейная структура подачи.
Особенно смешно в этом смысле выглядят любовные похождения главной героини. Чаще всего перед тем, как затащить кого-нибудь в постель, случается такой диалог:
- Давай?
- Давай!
Иногда между этими репликами возникает побочный квест, посвященный зачистке бандитского лагеря или убийству того, на кого укажет возлюбленный/возлюбленная. Самое важное, правда, затем скрывают за черным экраном или забавной кат-сценой, никак не относящейся к самому процессу.
Куда уж до такого уровня какому-нибудь Mass Effect, в котором романтические отношения надо выстраивать на протяжении десятка часов!
И здесь мы снова возвращаемся к тому, что Assassin’s Creed: Odyssey нельзя рассматривать как RPG, иначе она начнет рушиться. Новая игра — это экшен, для которого даже столь поверхностная диалоговая система — откровение. Круто же, я всего-то изменил контекст обсуждения и уже хвалю диалоговую систему!
Как экшен Odyssey и впрямь стоит хвалить — благодаря особым навыкам героя драться в ней невероятно весело. Пинок со скалы в лучших традициях «300 спартанцев», сокрушительные удары по площади, эффектная ульта, во время активации которой Кассандра подбрасывает врагов в воздух и потом изо всех сил обрушивается на них с клинком. Здорово, в общем — и зрелищно.
И недостатка в сражениях нет — но это скорее минус. В том смысле, что новая Assassin’s Creed — все еще игра Ubisoft, в ней необъятный открытый мир с тысячей знаков вопроса, под которыми скрываются бесконечные форпосты и бандитские лагеря. Но лучше уж это, чем унылые диалоги и беготня по безжизненному миру.
Assassin’s Creed: Odyssey легко возненавидеть, особенно если играть в нее в спешке, стараясь закончить как можно скорее (потому что впереди еще ковбои и Дикий Запад, например). Игра просто не даст этого сделать: рано или поздно герой упрется носом в гриндволл и примется погибать от пары ударов, нанесенных врагом на два-три уровня выше.
Проблема с навязанным гриндом опыта в «Одиссее» действительно есть — пройти только сюжет не выйдет, потому что иногда появляются квесты, требующие от персонажа прокачаться еще на несколько уровней, и потому приходится отвлекаться от основной истории и браться за дополнительные задания.
На Западе после релиза игры вообще писали, что дойти до финала без помощи микротранзакций и бустеров опыта, которые можно купить за реальные деньги во внутриигровом магазине, невозможно, но это, к счастью, не так — я завершил основной сюжетный квест своими силами. Хотя гриндить пришлось, и главная проблема здесь в том, что отыскать реально интересные побочные квесты в «Одиссее» невероятно сложно. Даже те задания, что в теории могли бы увлечь своей историей (кровная вражда, предсказание великих бед, прогноз землетрясения близ Афин), оборачиваются скучнейшей зачисткой очередного форпоста или позорным для величайшей воительницы поручением доставить какое-нибудь письмо.
За 65 часов мне встретилось от силы пять по-настоящему интересных сторонних заданий, которые с тем же успехом могли появиться и в настоящей ролевой игре, но все они ждали меня на мелких островах Эгейского моря — при меньшем везении я упустил бы и эти квесты. Не исключено, кстати, что где-нибудь еще в Assassin’s Creed: Odyssey спрятаны другие крутые сайды, но это уже проблема Ubisoft, не моя. Первые 30 часов я честно зачищал каждую область игрового мира на 100%, выполнял там абсолютно все задания и активности, а потом надоело и я просто пошел по сюжету. Если авторы хотели спрятать от игроков интересный контент после первой половины, то у них, судя по всему, получилось.
Впрочем, сомневаюсь, что идея была именно в этом. Правда в том, что «Одиссея» — необъятных размеров игра-сервис, призванная развлекать вас одними и теми же незатейливыми вещами на протяжении как минимум нескольких месяцев, а лучше — ближайшего года. Разработчики этого не скрывают, и тут вопрос лишь в том, нравится ли вам формула открытого мира Ubisoft или нет. Я, признаться, не вижу в ней ничего хорошего, потому что созданные по такой формуле игры не слишком заботятся о вашем времени — и мне придется расценивать это как неуважение к игрокам.
Часов десять из тех шестидесяти пяти, что я провел в «Одиссее», были потрачены буквально на ничто. Это и бессмысленные графоманские диалоги, которые легко можно было порезать на кат-сцены или вообще убрать из игры, и бесконечные однотипные задания — порой сюжетные! — по зачистке форпостов, и нечеловечески долгие загрузки при использовании быстрого перемещения.
Моя личная драма — огромные пространства великолепной Древней Греции, которые придется преодолеть самому, прежде чем открыть точку для быстрого перемещения. И чтобы добраться из Лаконии, скажем, в Македонию, предстоит потратить пятнадцать минут, за которые ничего не произойдет — пустая трата времени. И нет, это не имеет ничего общего с подходом Rockstar в RDR 2, где вся игра завязана на том, чтобы сделать подобную рутину интересной, или с подходом Warhorse в Kingdom Come, которая делает ставку на реализм, из-за чего в Deliverance после долгого пути реально хочется уже наткнуться на корчму и заночевать в ней. Assassin’s Creed: Odyssey тратит ваше время на долгие перемещения по миру просто потому что.
Я понимаю, что Ubisoft хочется похвастать масштабами, но это говорит только о том, что авторы, в общем, сами не до конца понимают, что с этими масштабами сделать, кроме как утыкать их сотней знаков вопросов, под которыми скрываются ненавистные форпосты. Мир «Одиссеи» безумно красив, по нему приятно гулять, но лишь в первые десять — может, двадцать — часов, видно, что художникам было на него не наплевать (увы, только им), но это самое бездарное использование ресурсов в истории. В Ubisoft работают десятки талантливых людей, и все они вынуждены выстраивать угнетающе большие декорации, в которых компания не хочет (или не может) сделать проработанную и глубокую игру.
Именно поэтому важно играть в Assassin’s Creed: Odyssey так, как это задумано разработчиками — долго и короткими сессиями. Только в этом случае вы будете с радостью возвращаться в запредельно красивую Элладу, не устанете от повторяющихся квестов, не станете спешить к финалу, посвятив больше времени исследованию мира, и, может быть, найдете гораздо больше интересных побочных заданий, тщательно спрятанных авторами.
Ubisoft с «Одиссеей» делает очень робкие и неуверенные шаги в сторону RPG — и пока компания идет не в ту сторону. Вполне возможно, что к следующей игре уже нельзя будет предъявить тех же претензий — не зря же в 2019 году мы останемся без новой Assassin’s Creed. Очень хочется назвать будущую часть настоящей ролевой игрой — ведь если серия окончательно превратится в насыщенную RPG, от этого все только выиграют.