1 апреля 2017 года я пересматривал фильм «Застава Ильича», сцену в Политехническом − Евтушенко читал «Москву товарную». «Сколько ему лет?» − почему-то подумалось мне. Заглянул в Википедию − 83 года. А рядом − о ужас! − дата смерти и сегодняшнее число.
Это не может быть первоапрельской шуткой. Так не бывает…
Вспомнился чёрный двухтомник Евтушенко 1975 года, который я раздобыл с большим трудом у легендарного уфимского книжного барыги Алима. Это издание долго ходило по рукам в нашей БГУвской общаге, пока не было зачитано напрочь.
Мы, студенты филфака начала 80-х, любили его лирические вещи, такие как «Со мною вот что происходит…» и «Ты спрашивала шёпотом…», и восторгались его необычными, свежими словесными рифмами: вишенкой − вышивкой, насмешливость − не смешивать… Сам поэт в то время увлекался гражданской лирикой и выступал как страстный публицист. Стыдно сказать, но эта сторона его деятельности мне тогда была непонятна и не близка. Его поэма «Северная надбавка», напечатанная в «Юности», попала под удар официальной критики. Преподаватели рассказывали об этом по секрету, словно боялись раскрыть государственную тайну. Поэму я заучил наизусть. Это случилось само собой, без всяких усилий − так часто она перечитывалась. А потом появилась его проза. Роман-газету с «Ягодными местами» искали в букинисте на Ленина, день за днём ожидая, что какой-нибудь недотёпа сдаст её на продажу. А в ней, мы знали, − строчки из запретного тогда Николая Гумилёва…
О Евтушенко говорили, о Евтушенко спорили, из Москвы докатывались сплетни о нём: на каком жигулёнке ездит, какие костюмы носит. Ему подражали.
«Ярмарка, в России ярмарка…», − страстно декламировал Евтушенко с голубого экрана, растягивая «р», словно Высоцкий, и мы припадали к телевизору, боясь пропустить хоть слово. Была эпоха, и Евтушенко стал её выразителем, её символом.
В новое время он неожиданно пропал, и его имя всё реже стало появляться в новостных лентах Интернета. Стихи в современной жизни отступили на второй план. Но поэт до последнего работал и был уверен, что воскрешение русской поэзии неминуемо, погибнуть она не может.
Дни рождения Евтушенко отмечал выступлениями в Политехническом. Каждый год, как бы далеко ни находился, 18 июля он приезжал в Москву ради встречи с читателями. Такова была традиция. Из поэтов, которые стояли на сцене в Политехническом в фильме «Застава Ильича», Евтушенко ушёл последним.
Читаю его строчки сегодня, и наполняются они новым смыслом:
Ярмарка!
В России ярмарка.
Торгуют совестью,
стыдом,
людьми...
Раньше мы знали, что стихи эти о прошлом нашей страны. Сейчас думается по-другому.