5 декабря 1931 года в Москве был взорван храм Христа Спасителя, построенный в честь победы в Отечественной войне 1812 года, в память погибших.
Идея создания памятника впервые была озвучена в письме генерала Петра Кикина, датировавшегося декабрем 1812 года: «Провидение Божие помощью веры и народного духа спасло нас. Ему благодарность, и памятник Ему же принадлежит». И уже 25 декабря, после ухода французов, Александр I подписал высочайший манифест о строительстве.
В представительном архитектурном конкурсе участвовали 38 лучших архитекторов - Джакомо Кваренги, Осип Бове, Доминико Жилярди… А победил 28-летний художник Александр (Карл) Витберг. (Знал бы он, к чему приведет его эта блестящая победа). Витберга стали звать гениальным безумцем: памятник, объединявший три храма — храм духа, храм жизни, пантеон погибших, - впечатлял.
Вот как описывал последний Александр Герцен: «Нижний храм, иссеченный в горе, имел форму параллелограмма, гроба, тела; его наружность представляла тяжелый портал, поддерживаемый почти египетскими колоннами; он пропадал в горе, в дикой необработанной природе. Дневной свет скудно падал в него из второго храма, проходя сквозь прозрачный образ Рождества. В этой крипте должны были покоиться все герои, павшие в 1812 году, вечная панихида должна была служиться о убиенных на поле битвы, по стенам должны были быть иссечены имена всех их, от полководцев до рядовых».
По замыслу Витберга, храм высотою 240 метров (в 2,5 раза больше современного) должен был как бы парить над городом. Местом для строительства были выбраны Воробьевы горы. И 12 октября 1817 года в присутствии императорской семьи состоялась закладка первого камня будущего храма.
Поначалу дело пошло резво. На работы были отряжены около 20 000 крепостных крестьян. Камень везли на баржах — на их строительство потратили примерно 292 тысячи рублей. 278 тысяч ушло на «устройство судоходства по верховью Москвы-реки и улучшение водоотводного канала». Работа вроде бы кипела, но то баржи затонули, то мраморную жилу села Васильевского разрушили, Витбергу, не имевшему хозяйственных навыков, приходилось несладко в борьбе с постоянными практическими трудностями. В итоге, через семь лет не был закончен даже «нулевой цикл» строительства.
Возведение храма приостановилось после того, как Александра I на престоле сменил Николай I - в 1825 году. Официально это объяснялось ненадежностью почвы на Воробьевых горах. Но к тому же выяснилось, что за это время на почти не сдвинувшееся с отправной точки строительство была потрачена бешеная сумма — около 16 миллионов рублей. Витберга и всех причастных к делу обвинили в растрате. Процесс шел 8 лет. В итоге, в 1835 году, виновнее всех оказался несостоявшийся архитектор — истинным растратчикам удалось от наказания «отмазаться». «За злоупотребление доверием императора и за ущербы, нанесённые казне» присуждалось выплатить штраф в миллион рублей. Несостоявшегося архитектора сослали в Вятку, все его имущество конфисковали.
В Вятке он познакомился с сосланным туда же Герценом, рассказывавшего о печальных днях художника: «Витберг седел, седел, старел, старел не по дням, а по часам. Он еще пытался бороться, пробовал восстановить свое доброе имя. Но все было напрасно. Он совершенно гибнул, даже его прежний гнев против его врагов: стал потухать; надежд у него не было больше». И все-таки архитектор спасся — благодаря другому своему проекту, Александро-Невскому собору в Вятке. Рассказывали, что Николай I, увидев проект, восхитился красоте и изяществу, спросил: «Это тот самый Витберг?» и прервал его вятскую ссылку.
В 1831 году идея возведения Храма Христа Спасителя была возобновлена. На этот раз обошлись без конкурсов — архитектором император выбрал Константина Тона. Местом — Волхонку (тогда Пречистенскую), где находился Алексеевский женский монастырь. По легенде, возмущенная игуменья прокляла строителей и заявила: «Сему месту быть пусту». Приводились и более «пророческие» свидетельства, мол: ««Окромя большой лужи здесь ничего не будет» - это уже с намеком на бассейн «Москва». Правда, говорят, проклятия были совсем не в характере мудрой Клавдии.
Строительные леса с нового храма убрали в 1860 году. Отделка же, устройство набережной и площади продолжались ещё 20 лет. В 1883 году состоялось торжественное освящение. С тех пор на протяжении десятков лет здесь проходили коронации, отмечались праздники, пел лучший в Москве хор. Когда в 1918 году прекратилось финансирование церквей, было создано братство храма (один из членов — издатель Иван Сытин), и он продолжал функционировать на частные средства.
После смерти Ленина, в 1924 году, было предложено увековечить вождя в архитектуре — по всей России. В Москве таким памятником должен был стать Дворец Советов с венчающей его 100-метровой статуей Ильича. На заседании ВЦИК было принято решение: «Местом для строительства Дворца Советов избрать площадь храма Христа в гор. Москве со сносом самого храма и с необходимым расширением площади».
В 1928 Архитектор Б. Иофан писал: «Храм Христа Спасителя еще стоял посередине огромной площади у Москвы-реки. Большой и грузный, сверкающий своей позолоченной главой, похожий одновременно на кулич и на самовар, он давил на окружающие его дома и на сознание людей своей казенной, сухой, бездушной архитектурой, отражая собой бездарный строй российского самодержавия… Пролетарская революция смело заносит руку над этим грузным архитектурным сооружением, как бы символизирующим силу и вкусы господ старой Москвы».
Территорию вокруг храму обнесли забором, и разборка пошла полным ходом. Исторический момент сноса поручили снимать оператору Владиславу Микоше: «Тогда всё, что я должен был снимать было как страшный сон; от этого хочешь проснуться и не можешь. Погибала уникальная живописная рукопись на стенах Собора. Через широко распахнутые двери выволакивались с петлями на шее чудесные мраморные творения. Их сбрасывали с высоты на Землю — в грязь! У ангелов, которые ненадолго зависали над городом, отлетали руки, головы, крылья...». И вот еще: «Почти весь ноябрь ожесточенно работали военные батальоны и ничего не могли сделать со стенами. Они не поддавались. Тогда пришел приказ. Мне сказал под большим секретом симпатичный инженер: «Сталин был возмущен нашим бессилием и приказал взорвать собор». После первого взрыва храм устоял, были заложены новые заряды. 5 декабря 1931 г. в 12 часов дня храм Христа Спасителя был уничтожен».
Дворец Советов так и не построили, а сделали «большую лужу», которую предрекала игуменья Клавдия — бассейн «Москва». 31 декабря 1999 года на Волхонке был открыт для посещений новый Храм Христа Спасителя.
Мария Кронгауз
