Ветераны судебной системы Ямала познакомились с экспонатами музея окружного суда и поделились своими самыми запомнившимися делами. Традиционная встреча, приуроченная к профессиональной дате – Дню юриста, на этот раз была посвящена также 25-летию Конституции РФ, которое отмечается 12 декабря.
Бывшие служители Фемиды вспоминали: к примеру, в годы СССР судей выбирала и назначала правящая тогда партия – КПСС. А с принятием в 1993 году новой Конституции страны, судебная система и общество, в целом, серьезно преобразились.
Как считает судья ЯНАО в почетной отставке Борис Белый, современное уголовное и гражданское законодательство продолжают развиваться и совершенствоваться.
На его взгляд, сейчас законы строже, в частности, больше сроки лишения свободы, чем при СССР, и зачастую это оправдано. В то же время, российское общество стремится к гуманизации и наказания за некоторые виды правонарушений смягчают.
– Я с 1970 года в судебной системе, а с 90-х годов работал на Ямале, – рассказал он. – За каждым приговором стоит человек, и судья отвечает за вынесенное решение даже спустя десятилетия – ведь сроки заключения порой очень большие. Но бывают особые случаи. В начале 2000-х годов, работая в суде Пуровского района, я рассматривал дело об убийстве и расчленении тел двух девочек – 6 и 7 лет. Изверг надругался над ними, разрубил и останки разбросал по городу. Сейчас такие дела рассматривает коллегия присяжных заседателей, а тогда я единолично вынес пожизненное заключение убийце, хотя, считаю, что он заслуживал расстрела…
По словам Бориса Белого, подобные тяжелые дела накладывают отпечаток на психологическое и физическое здоровье служителей Фемиды.
– Но они не могут влиять на правильность выбора профессии и жизненного пути. Я доволен, что стал судьей, – заключил юрист.
Его коллега, судья в почетной отставке Валентина Оберниенко специализировалась в основном на гражданских делах.
– Одно из первых моих дел – это бракоразводный процесс в Тазовском районе, – поделилась воспоминаниями бывший окружной судья. – Женщина-тундровичка принесла заявление и просила разделить им с мужем чум. Я не представляла, как это сделать. С трудом удалось их примирить, и они подписали мировое соглашение, не став делить жилище.