Потому я и написала это книгу - размышление
Я снова к ней сегодня возвращаюсь, потому что мне опять и опять снится район Рокси, единственное, на мой взгляд чистое место в Каире, где веришь, что арабские сказки это не выдумка. Что такие сказочные места существуют.
Я бы не написала эти дневники, если бы не Элизабет Гилберт.
Спасибо её книге «Есть, молиться, любить».
Именно она дала тысячам женщин всего мира надежду на то, что любую, даже безысходную ситуацию можно изменить к лучшему, и несмотря ни на что стать счастливой.
Я посвятила мои дневники, я даже не называю их книгой, Всем недолюбленным женщинам России. Быть честной очень трудно. Но я смогла. Хотя НИКОГДА не буду перечитывать то, что написала. Потому что захочется многое убрать. Чтобы выглядеть «белой и пушистой», но совсем не настоящей.
* * *
Подстригалась я наголо,
Надевала лохмотья,
Чтобы выглядеть пугалом
С нечеловеческой плотью.
Я прошла испытанья,
Я увидела свет.
И — второе дыханье
В пятьдесят с лишним лет…
Это мои стихи того времени
Египет. На черта он мне сдался?
«Не смей это публиковать! Не смей! Зачем ты опять занимаешься самоуничтожением? Ты веришь, что кому-то это поможет? Подскажет путь? Ты как всегда идеалистка. Я точно не буду это читать. Как можно так честно о себе? Дружок, я тебя не понимаю».
Это — строки из письма моего Нинка, моей закадычной подруженции. Может быть, она права. Но, если вы читаете сейчас эту книгу, — значит, я поступила наперекор ее запретам и предупреждениям. И, может быть, права я? Как знать.. А между тем вся эта история, из-за которой и сложилась книга, началась именно с Нинка…
Вот какой черт меня понес в этот Египет?! А именно в Каир. Уже в третий раз за короткое время. Я только что отучилась в школе «Аль-Фараби». И на удивление была счастлива. День протекал медленно и радостно. Три часа арабского с замечательной преподавательницей, потом поход в спортзал. Джакузи, баня. Затем еда: сыр, помидоры и клубника. Для счастья мне больше ничего не нужно было.
Нет, еще вот что. Я взрослая женщина. А в моей стране, где каждая девушка с пятнадцати лет уже красавица, в мои «хорошо за сорок» трудно с ними тягаться.
По крайней мере, по первому восприятию я проигрываю. Любят ведь молодость, что бы там ни говорили про то, что зрелость и мудрость украшают женщину.
Здесь, в Каире, а не в России, не в избалованной красивыми девушками Хургаде, я чувствовала себя просто королевой!
А что?
Мужчины удивленно поворачивают головы, прищелкивают языком, показывая, как ослеплены моей красотой. Глупость это конечно! Но очень тешит женское самолюбие. Не правда ли?
Где-то на сайте я читала высказывания российских мужчин о том, что спать с арабом, это — как, извините, трахаться с животным. Может, это мужская зависть. Может, желание обидеть женщину. Не знаю. Но верно то, что любая женщина, по российским меркам очень некрасивая, полная или уже немолодая, легко найдет в Каире своего поклонника.
Как будут строиться отношения, кто кому будет делать подарки — это уже второе дело. А вот то, что тысячу ласковых слов она непременно получит, в этом нет никакого сомнения. На ласковые слова российские, как, впрочем, и европейские мужчины, очень скупы. Ну а мы, женщины, грешны, мы любим эту лапшу на уши и млеем от удовольствия, и верим в свою исключительность.
Итак, что я здесь делаю уже третий раз в этом году?..
Не буду больше продолжать. Кто захочет, тот найдет эти дневники.