По воскресеньям снег самый белый и чистый. Потому что по субботам все в баню ходят, а воскресенье обычно наступает после субботы. И нет большего удовольствия, нежели прогулка по свежей хрустящей накрахмаленной простыне, насыпаемой небесной прачкой под ноги прямо сейчас и прямо здесь. Ноги эти уже в тёплых сапогах, голова в капюшоне, руки карманах — можно идти.
На выходе из деревни встречаю Нину. Всегда кажется, когда кого-то здесь увидишь, что говорить не о чем. Ведь уже тысячу раз встречались и общались. Но нет, через три секунды пустого разговора, ловишь себя на том, что с трудом можешь и слово вставить в неожиданно энергичное обсуждение темы или вопроса, появившегося вдруг и ниоткуда, но ставшего почему-то донельзя важным.
Сейчас буду пересекать "большак". Иногда по нему несутся машины с неоправданной быстротой. Но я почему-то не боюсь их, ни разу страха не испытывал. Так и продолжаю идти — ничего в капюшоне не слышу, по сторонам не смотрю. Снова меня никто не сбил.
Добрался до реки. Изначально размечтался, что смогу перейти по льду на другой берег. Наверное, чисто теоретически это уже возможно. Но у самого берега часто ещё встречаются полыньи и это меня пугает. Странно — быть сбитым машиной не боюсь, а провалиться под лёд — страшно.
Немного постоял, послушал шелест лохм рыжей сухой травы и развернулся, чтобы пойти домой. Что же там нашептала мне глупая трава? Ничего особенного, одну китайскую мудрость про то, что если долго сидеть на берегу, то скоро увидишь, как мимо проплывает тело врага. А мне кажется, что довольно глупо так делать, особенно в стране, где реки по полгода покрыты льдом.
На этом сегодняшняя часть наших деревенских хроник заканчивается. Завтра или в ближайшие дни ждите продолжения.