Кожаная куртка, бейсболка с логотипом Harley Davidson, футболка Pink Floyd, заправленная за массивную пряжку, — Константин Артемьев (Сергей Безруков) всем своим видом сообщает каждому встречному, что он рокер.
С творчеством и заработком, правда, в последнее время не клеится. Виной тому проблемы с алкоголем и жена (Евгения Крегжде), собирающаяся уехать в поисках лучшей жизни в Канаду, прихватив с собой общую дочку. Выход из жизненного тупика подворачивается почти случайно, и вот Костя уже едет в автобусе в «Михайловское», где старый друг служит ресторанным лабухом. Сам артист волею судеб занимает место экскурсовода, подчиняющегося строгой директрисе (Анна Михалкова). Легко догадаться, что совсем недолго осталось ждать возвращения покинувшего давным-давно вдохновения и сакраментального «ай да сукин сын!»
Проект экранизации довлатовского «Заповедника», затеянный творческим семейным тандемом Анны Матисон и Сергея Безрукова, сразу спровоцировал каскад дежурных шуток, давно сопровождающих артиста. Нельзя, впрочем, отрицать и то, что Безруков, как известно, сыгравший уже всех, кого можно (от Ельцина в «Куклах» до Пушкина и Иешуа), довольно изящно подобрал себе нового героя. Тем более что актер категорически не похож на грузного двухметрового Довлатова, который, правда, в «Заповеднике» вывел свое альтер эго под вымышленным именем Бориса Алиханова. Безруков и Матисон пошли дальше и не просто перенесли действие в наши дни, но и заменили герою имя и род деятельности. Поначалу планировалось даже, что фильм выйдет под названием «Пушкин, виски, рок-н-ролл», но прокатчики все же настояли на «Заповеднике» — как-никак бренд.
Не будем скрывать очевидного: своеобразная помесь смелости и всеядности, с которой Безруков берется за те роли, которых страшится большинство коллег, вызывает восхищение, но в то же время и непроизвольные пароксизмы иронии. Так что на каждый следующий фильм с участием Сергея Витальевича в роли очередного великого идешь, испытывая, что называется, сложные чувства. И всякий раз так или иначе вынужденно вспоминаешь, что Безруков — это не только герой анекдотов и эпиграмм, но и актер, способный на весьма впечатляющие перевоплощения.
Есть такие эпизоды и в «Заповеднике»: в самой пронзительной части, когда к герою приезжает супруга, ловишь себя на том, что начисто забыл имена актеров, поскольку целиком включился в происходящее. Если бы остальные примерно полтора часа фильма были сделаны на том же уровне, можно было бы констатировать выход на экран добротной мелодрамы (или даже лирической комедии, как определяют жанр авторы). Однако при всем остроумии замысла (оставим за скобками тех, для кого тексты Довлатова не терпят интерпретаций) насладиться фильмом мешают какие-то до обидного формальные проблемы. Например, в фильме есть несколько ловко придуманных аттракционов вроде медленного падения провалившегося сквозь крышу жилища героя, которые убивает элементарная композиция кадра. Неряшливый монтаж проглатывает второстепенных героев (а среди них, на минуту, Анна Михалкова и Александр Семчев) и мешает погрузиться в сюжет. В то же время крупных планов красиво стареющего Безрукова, наоборот, слишком много, хотя заострившиеся черты его лица и правда смотрятся вполне породисто.
Главная же неловкость возникает с непосредственной деятельностью героя, то есть с песнями, специально написанными для фильма. И дело не в том, что Безрукову не надо петь — с этим все как раз в порядке. То есть Сергей Витальевич, конечно, не Боно, но его манера вполне соответствует стандартам актерской песни, в которой доверительное интонирование куда важней и действенней сложности вокальных партий. Однако откровенно графоманские тексты с рифмами уровня «почтальоны-телефоны» и усредненный музыкальный материал начисто убивают всякое ощущение достоверности, несмотря на то что в кадре их хвалит лично Леонид Агутин (вопрос, почему рокер дружит с Агутиным — тоже опустим). При этом на экранах параллельно оканчивает свой прокатный путь другой поющий актер — Брэдли Купер, который в своем режиссерском дебюте «Звезда родилась» куда серьезней и успешней подошел к перевоплощению в образ рок-музыканта.
Впрочем, всерьез ругаться здесь все же не хочется — в конце концов, в зал за руку вас насильно никто не тащит. Тем более что рвение, с которым Безруков осваивает новые горизонты актерской профессии, вызывает все же уважение — и надежду на то, что ошибки рано или поздно будут учтены.
Текст: Ярослав Забалуев
Фото: WDSSPR