Merry Christmas Everybody. Этот хит Slade, пожалуй, больше, чем любой другой, воплощает дух Рождества. В год его выпуска, 1973, было продано более миллиона копий. Группа по-прежнему зарабатывает около 500 000 фунтов в год на отчислениях только от этой песни. Однако многие не знают о трагедии, которая предшествовала записи этой песни.
Всего за несколько недель до записи, 4 июля 1973 года, когда Slade были в чартах на первом месте с песней Skweeze Me Pleeze Me, барабанщик Дон Пауэлл разбился на машине: его невеста Анджела Моррис погибла, вылетев через лобовое стекло, а сам Дон получил ужасные травмы.
Он сломал обе лодыжки, много зубов, пять рёбер, и хирургам пришлось сверлить ему череп, чтобы ослабить внутреннее давление.
Он был без сознания в течение шести дней, но вернулся к записи с коллегами к концу месяца.
Гитарист Дейв Хилл рассказывает:
Мы были в самом непраздничном настроении. Просто убиты из-за несчастного случая с Доном. Конечно, он выжил, но в какой-то момент мне казалось, что он не выкарабкается. До этого всё шло просто круто. Ник Кент из New Musical Express сказал, что мы были самой важной группой нашего времени.
Мне показалось, словно из-под нас внезапно выдернули ковёр. Нам надо было снова найти почву под ногами, и я думаю, что рождественская песня помогла нам. До момента аварии всё было сказочно: мы двигались от одного номера 1 к другому. Везде, кроме Америки.
Дон потерял память и забыл песни, он потерял вкус и обоняние, которые до сих пор к нему не вернулись. Однако он никогда не терял чувства юмора. Было трудновато, мы играли с ним вместе вступления к песням в надежде, что что-нибудь щёлкнет у него в мозгу и он вспомнит всё остальное. Джим Ли, наш басист, должен был стоять рядом с ним и говорить: «а здесь идёт вот так...» Это было очень странное время.
Итак, после всего этого мы отправились в Америку, потому что все ещё пытались пробиться там. Чтобы добиться успеха, мы делали очень много рекламных акций. Но когда мы туда попали, основная часть американской музыки была навеяна послевьетнамским настроением, грустной с большим количеством длинных гитарных соло типа Grateful Dead. Может быть, мы слишком рано приехали. На нас смотрели как на упавших с неба.
Так что мы мы были в Нью-Йорке, на улице стояло под 100°, и мы сидели в отеле с кондиционером. Как вдруг Чес Чендлер, наш менеджер, звонит нам и говорит: «Знаю, у вас свободная неделя, но мне только что звонил Джон Леннон. Он решил, что ему не нужна студия на этой неделе. Почему бы нам не записать ту рождественскую песню, о которой вы говорили»? – А Чес её даже не слышал. На самом деле, я тоже! Мы такие: «Почему бы и нет? Всё равно делать нечего».
Мы решили, что это может быть полезно, поэтому поехали в студию и начали играть. Стоял жаркий июль, и американцы, которые пришли на работу, услышали, как мы поем «Счастливого Рождества всем!», и, конечно, приняли нас за кучку сумасшедших! И тут Дон подхватил ритм! Мы подумали: «Смотри-ка, он врубается!» Но мы потом должны были дать ему магнитофон, чтобы он не забывал партии и слушал их у себя в спальне. Кроме того, он вёл дневник, чтобы записывать, что собирается делать на следующий день. Ему нужно было пройти через это и выжить, так что на самом деле я думаю, что ситуация с Рождеством была для нас настоящим благословением.
Волшебство записи заключается и в том, что фисгармония, звук которой мы слышим, принадлежала Джону Леннону: она была в студии, потому что он оставил там своё снаряжение, а мы пытались получить рождественское звучание, но не хотели колокольчиков или бубенцов.
- Ещё интересное на канале: подборка недооценённых британских хард-роковых групп 70-х: части первая и вторая. И 13 так и неизданных, но очень хороших песен «Битлз».
Запись заняла неделю, а затем мы оставили плёнку у Чеса и вернулись в Англию, и только много позже Чес смикшировал пластинку и отнес её в звукозаписывающую компанию. Он знал, что приближается Рождество, и хотел поскорее выпустить её. Когда наступило Рождество, страна была готова, и как заметил один человек, эта песня воодушевила нацию. Это было почти как речь Черчилля, как выздоровление, как надежда.
Я помню, Чес позвонил мне и сказал, что вышел миллион пластинок, и в магазинах все закончились, что было феноменально. Нам пришлось импортировать их из Германии, чтобы поддержать спрос! И это перешло уже в на следующий год, потому что мы были номером один и в первые две недели января. После одного года мы решили, что на этом всё, но сингл продолжает переиздаваться до сих, это происходит снова и снова!