В истории цивилизации можно выделить следующие этапы. Первый - начало цивилизации, закончившийся с распадом Римской Империи. Второй - эпоха географических открытий и колониализма. Эти этапы тесно связаны с рабовладением. И сейчас мы находимся накануне третьего прихода рабовладения - владения идеальными рабами, не знающими устали, не устраивающих бунтов, готовыми удовлетворить любую нашу прихоть. Рабами на основе ИИ.
Рабы, эксплуататоры, борьба противоположных классов - марксистский конёк. Марксизм возвеличивает бунт, представляя любой бунт революционными прогрессивным. В таком свете, например, в советское время рисовалось восстание рабов под руководством Спартака. Могла ли победа восставших рабов уничтожить рабство? Скорее всего, победа рабов привела бы к тому, что они перестали делать необходимые для выживания рабовладельческого общества работы, резко упала бы производительность труда и такое общество погибло бы от голода.
Вершиной развития рабовладельческого общества стала Римская Империя, расширение которой наткнулось на естественную границу - нежелание окружающих ее народов становиться рабами. Римская Империя перестала расширяться, приток рабов упал, соответственно упала производительность труда, Римская Империя пала, а цивилизация оказалась в средневековье. Отметим, что переход в средневековье был осуществлен без атрибута марксизма - классовой революции, революции рабов.
Средневековое общество с его христианской моралью, безусловно, было справедливее рабовладельческого. Но было ли оно более производительным? К примеру в рабовладельческом Риме в период расцвета проживало полтора миллиона жителей, к началу колониальной эпохи в Париже проживало всего 300 тысяч жителей. В рабовладельческом Риме работала канализация, средневековый Париж задыхался от смрада выливаемых из окон помоев прямо на головы идущим по узким улицам прохожих. Очевидно, что интенсивный рабский труд - один из основных факторов в нарисованной картине столь значительной разницы между эпохами.
Резкий рост европейских городов начался только с началом колониальной эпохи. На относительно короткий период цивилизации снова открывается технология порабощения человека человеком, заканчивающийся на естественных границах - на этот раз на границах земного шара. Средневековые порядки в метрополиях, приспособленные для неспешного развития, рушатся, в ряде европейских стран происходят буржуазные революции, но рабы продолжают работать в колониях, добывая необходимые цивилизации ресурсы.
Окончательную точку средневековью поставила Первая мировая война. Опять же она являлась не выражением классовых противоречий, а противоречием между достижениями военных технологий и существующими средневековыми правилами, по которым война являлась доводом королей, хоть и последним, но достаточно легко пускаемым в ход. В самом сценарии начала войны явно присутствуют средневековые атрибуты. Война началась из-за убийства эрцгерцога Франца Фердинанда, наследника австро-венгерского престола, и его жены, герцогини Софии Гогенберг.
Глобально, Первая мировая война выразила кризис института войны как технологии порабощения - на земном шаре давно уже закончились места с живущими там аборигенами, готовыми покорится силе современного оружия. Вторая мировая война являлась продолжением указанного кризиса, а после ее окончания начала разрушаться колониальная система. Бывшие колонии становиться независимыми государствами. Сейчас цивилизация все еще переживает этот кризис в локальных конфликтах, цветных революциях, но в конечном счете нас ожидает его окончание и наступление мира.
Таким образом, в истории цивилизации было два периода расцвета рабства. Первый закончился Средневековьем и в Новое время, закончившееся Второй мировой войной. Можно сказать, что сейчас переживаем период Нового Средневековья, характеризующееся низкими темпами развития. Но за последнее десятилетие технология нейронных сетей достигла значительного прогресса и стало ясно, что мы стоим на пороге полного вытеснения человеческого труда искусственным. Человеку больше не надо будет трудиться, всю работу за него сможет сделать ИИ. Смысла принуждать кого-либо к труду больше не будет. Искусственный разум будет выполнять любую работу без всякого принуждения. Исчезнет необходимость не только в оружии, но и во всей сложившейся капиталистической системе принуждения человека к труду.
Чем будет занят человек в новых условиях? Как-то у политолога Екатерины Шульман мне попалось высказывание, что человек в новых условиях будет занят играми. Сразу вспоминается сказка “Незнайка на Луне”, в которой малышей свозили на остров Дураков, позволяя им играть целыми днями. Но если в “Незнайке на Луне” дураки производили прибыль, то зачем дураки в системе, где ИИ может обойтись без них?
Безусловно то, у людей останется инстинкт самосохранения и останется борьба за свое выживание, чтобы не оказаться в “дураках”. Придется много учиться, осваивать то, что сделал ИИ, активно взаимодействовать с ним, чтобы контролировать его действия. Собственно, вопрос, который возникает в связи с этим: Какова будет система принуждения самих себя к подобного рода труду, когда можно целиком погрузиться в игры?
После распада СССР на постсоветском произошел условный возврат к идеологии февраля 1917 года, к неким корням отменяющим “неправильный” ход истории после октября 1917. Возвращенная идеология весьма противоречива. Себя она трактует, как отсутствие идеологии. В чем ценность советской идеологии в свете поднятого вопроса?
Традиционный подход к принуждению человека к труду заключается в том, что ему нужен барин, хозяин, владелец бизнеса. Советский подход - это культ воспитания свободной, сознательной творческой личности, мотивированной результатами своего труда. Как раз то, что нужно нам и будущим поколениям.