Чего мы только не боимся в детстве: темной комнаты, пауков, лягушек, старого бабушкиного пальто в темном шкафу, волков, наводнения, вампиров и монстров. Замечаю, что современные дети, знакомые с миром компьютерных монстров уже боятся не бабку Ёжку, а бабку Гренни.
Детские страхи могут быть глубоко потаенными. Чего боится ребенок, глубоко запрятавший свой страх, можно узнать тогда, когда он став взрослым сам расскажет о своих детских переживаниях. Такой ребенок не выдает своих переживаний в поведении, творчестве, общении. Часто это происходит потому, что ребенок не осознает до конца свой страх.
У детей чувствительных, по разным причинам не уверенных в себе, страхи могут вызывать невротические реакции, агрессивное поведение, сильные мышечные зажимы, нарушение сна и аппетита.
Каково же было мое изумление при поступлении на работу в детский сад, что отечественная психология рекомендует выявлять эту проблему по опроснику А.И. Захарова «Страхи у детей».
Уважала этого автора за исследования детских неврозов, ценные психотерапевтические подсказки. Но использовать его опросник «Страхи у детей» категорически отказалась. Потому что, А.И. Захаров предлагает спрашивать ребенка, угнетенного своими страхами ты боишься или не боишься, что:
- умрут твои родители;
- нападения бандитов
- когда глубоко
- войны
- крови, когда кровь идет и т.д.
В опроснике вижу сразу две опасности:
1. Спрашивать «ты боишься или нет», значит подключать только рациональную часть мышления ребенка. Чтобы не выглядеть трусом, особенно, когда над страхом уже кто-то из окружения посмеялся, ребенок может сказать «не боюсь», хотя в душе его от этого трясет мелкой дрожью.
2. Ребенок невротичный сможет из опросника узнать о новых страхах и начать бояться чего-то другого. Детская фантазия при этом может раздуть проблему до огромных размеров.
Лучше задать ребенку один вопрос: «Чего боятся люди?». У детей дошкольного возраста еще нет общественного опыта, точнее он очень мал. Они начинают говорить, прежде всего, о своих страхах.
Далее задаю еще такие уточняющие вопросы, вытекающие из первого:
1. А чего еще боятся люди? Если чувствуется, что цепочка страхов до конца не прослежена, вопрос повторяется несколько раз.
2. А что может быть самое страшное?
Таким образом получается, что задаю ребенку трижды один вопрос в разных вариациях.
При такой беседе важны два нюанса:
- не высмеивать, не обесценивать страхи ребенка. Наоборот, разделять его тревогу, говорить, что это действительно страшно, побуждать говорить об этом.
- по возможности, предлагать выходы из состояния страха. Как ни странно, быстрей всего уходят самые «страшные» образы – мифические.
Достаточно сказать ребенку:
"Да бабка Гренни очень страшная. Хорошо, что она просто придумана программистами, нарисована для компьютерной игры. Программисты так старались придумать что-то пострашней. Им казалось, что от этого их игра будет особо интересной. Мы с тобой тоже можем придумать страшилку для какой-нибудь игры".
У ребенка светлеет лицо, выпрямляется спина, разворачиваются плечи. На лице появляется улыбка. Он с энтузиазмом включается в арт-терапевтическую работу.
Гораздо сложнее работать со страхами реальными:
- боязнь собак, после укуса;
- страх потери родителей, после ухода бабушки или дедушки.
Именно страхи из реального мира чаще всего требуют помощи специалиста.
Напишите в комментариях ,чего вы боялись в детстве, как получилось решить эту проблему. Ваш Психолог из детсада.
Эта статья размещена в разделе #диагностика психолога из детсада
Там вы найдете опыт использования не сложных, результативных методик, пригодных для практики в детсаду и школе.