Стивен Спурье был большим любителем вина. В хорошем смысле этого слова. Гражданин UK, он занимался поставками в Англию французских вин, владел магазинчиком элитных напитков в Париже, и был одним из создателей «Академии вина», обучающей англоязычных граждан разбираться в море французского красно-белого разнообразия и правильно его употреблять.
Что сподвигло прекрасно разбирающегося в вине человека с блестящей репутацией во Франции на этот поступок, никто не знает. Сам Спурье заявлял, что таким образом хотел отметить двухсотлетие основания США. Французы же считали, да наверное и сейчас считают, что это была подстава с целью унизить «Великую Францию». Ну и заодно прогнуться перед заокеанскими товарищами.
Как бы там ни было, а в начале это мероприятие ничего ужасного не предвещало. 24 мая 1976 года в парижском отеле InterContinental был проведен винный конкурс со слепой дегустацией. Девять французских судей выставляли оценки по нескольким позициям. Сам Спурье и его подруга по бизнесу, американка Пэт Галахер, тоже оценивали конкурсантов, но их оценки не шли в общий зачет. В конкурсе участвовали жемчужины французского виноделия- всемирно известные марки Бургундского Шардоне и всякие, не менее известные, Шато из Бордо, а также…несколько малоизвестных марок из США. Да-да в США тоже делают вино, причем уже триста лет.
При подсчете оценок первое место среди белых вин заняло Chateau-Montelena, а среди красных - Stag's Leap. Оба вина были произведены в США, Калифорния. Причем американское каберне французские судьи единогласно назвали «Величием Франции», даже не догадываясь о том, где оно было произведено. Когда Спурье огласил результаты, у судей случился шок, а затем истерика. Одна из судей потребовала вернуть ей бюллетень, под предлогом его неправильного заполнения, а когда получила отказ, покинула мероприятие. Позже она обвинила Спурье в мошенничестве. Остальные судьи на протяжении нескольких десятилетий отказывались комментировать это событие.
Интриги всему добавлял тот факт, что несмотря на заявление Спурье, что мол он пригласил достаточное количество представителей прессы, единственным присутствовавшим журналистом был сотрудник американского Time. Именно он и раструбил на все штаты, а следовательно, и мир, что янки нагнули лягушатников, да еще где - в винном деле! Это был черный день для французского виноделия. Пресса Франции молчала больше трех месяцев. А потом началось. Спурье обвиняли в мошенничестве и фальсификации, в преднамеренном выборе слабых вин и много еще в чем нехорошем. В итоге запретили на год присутствие на винных конкурсах. Владельцу Stag's Leap поступило несколько писем с угрозами, заканчивающихся всегда одинаково - «Все знают, что французские вина лучше калифорнийских, и они всегда будут такими».
Результаты конкурса Спурье оправдывал тем, что метод дегустации несовершенен, и что даже неделю спустя те же судьи те же вина оценят совершенно по другому. Справедливости ради стоит сказать, что сама процедура дегустации отчасти связана с тем, что качество вина от урожая к урожаю сильно варьирует. И есть вероятность за немалые деньги приобрести кислятину уступающую даже дешевому масс-маркету. По крайней мере, так было раньше. В течении нескольких лет французы провели несколько распиаренных дегустаций, на которых победили сами понимаете кто. Но им это уже не помогло. Штатовские вина укрепили свои позиции на родине, показав, что они то же не пальцем деланные. В винный бизнес потекли инвестиции, было проведено брендирование, а само вино заняло почетное место в винных коллекциях. Бутылочка Stag's Leap того знатного года заняла заслуженное место в Смитсоновском музее национальной истории.
Проигрыш не давал спокойно спать французам, и на десятилетний юбилей Французский кулинарный институт при поддержке того же Спурье устроил слепую дегустацию вин тех лет, что и в 1976. Французы утверждали, что их красные достигают нужно качества(созревают) именно к этому возрасту, в отличии от более ранних американских. Белые в конкурсный список не вошли - их пик уже прошел. К удивлению уже поостывших французов, американцы вновь заняли два первых места. А по итогам зрительских симпатий местные производители не вошли даже в первую пятерку. Новый удар французы встретили более достойно, но Спурье через два года пришлось продать свой винный магазин в Париже.
Под лозунгом «можем повторить» к тридцатилетию «Парижского суда», ну такие у американцев юбилеи, штатовцы организовали масштабный конкурс с дегустацией. Во Францию их, конечно, не пустили, поэтому мероприятие пришлось проводить в Калифорнии и Лондоне. Это было «бинго». Первые пять мест из той же зачетной серии семидесятых вновь были за Америкой. К этому моменту всем в мире было понятно, что дела в винной отрасли Франции обстоят более чем хреново и что французское - «просто вино». Никто уже не слушал нытье о том, что мол американцы смухлевали и вообще нарушили условия правильной транспортировки. В первое десятилетие нового столетия винная отрасль Франции была в явном упадке. Молодые алко-тигры наступали по всем фронтам. В 2005 году несколько миллионов(!) литров ординарного вина даже пришлось переработать в этанол. На 40% упал спрос даже на внутреннем рынке.
Доля французского вина в США снизилась с 26% в 1994 до 13% в 2004 году. Американцы не только выбивали лягушатников с собственного рынка, но и помогали другим. Совместный австрало-американский бренд Yellow Tail в 2005 году ввез в штаты вина больше, чем все французские производители вместе взятые. А ведь его основали только в 2000, и первая партия составляла всего двадцать тысяч бутылок. В 2007 экспорт австралийских вин в Соединенное королевство впервые превысил поступления из Франции. И это при том, что британский рынок был крупнейшим для Франции. Не лучше дела обстояли на огромном и самом быстрорастущем китайском рынке. К концу двадцатого века французы владели 50% рынка Поднебесной. Еще 25% делили штатовцы и австралийцы. К концу первого десятилетия нового века австралийцы контролировали 37% китайского рынка. Французам досталось 26, а еще 13 было у чилийцев. Всего с начала нового тысячелетия французы потеряли 30% мирового рынка вина.
Но не стоит считать, что французы «просрали полимеры». Хоть и со скрипом, но реформа отрасли идет. Крупнейшие и известнейшие производители сделали все для улучшения качества, воспользовавшись мировыми, в том числе и американскими, достижениями. И хотя масс-маркет французы явно проиграли, в брендовом сегменте их позиции все еще сильны. И это видно по тому, что с уменьшением количества суммы от экспорта только растут. Во второе десятилетие двадцать первого века Франция оставалась крупнейшим производителем вина в мире, и оспорить ее первенство могли только итальянцы. Испания с сильным отставанием была на третьем, а США на почетном четвертом.
Новые надежды французам принес 2018 год. Чилийские и аргентинские виноградники страдают от изменения климата. Начавшаяся с битвы за 5 G торговая война между англо-саксонской командой и Китаем привела к введению запретительных барьеров для австралийского вина. Но сильно рассчитывать на рынок Поднебесной французам не стоит. Китайцы заявили, что повысили пошлины что бы защитить местного производителя. Ведь Китай входит в тройку стран с крупнейшими по размеру виноградниками. И по мнению некоторых экспертов, вслед за ширпотребом, дешевой электроникой и автопромом, нас ждет и алкогольная экспансия.
Так поднимем же бокал крымского, или у кого что там налито, за то, чтобы это случилось как можно позже.
Автор - Владимир Вольф
Коллективный исторический паблик авторов - https://vk.com/catx2