Рассказ.
От воспоминаний Любу отвлек шум подъезжающей машины. Он разнес тишину на щепки, заставив поморщится. Автомобиль остановился. Дверцы открылись. Через минуту заиграла музыка. Что-то очень знакомое. Она услышала только отдельные слова:
"Эта любовь, могла бы мимо нас пролететь.
Она могла бы не мне
Осколком острым сердце задеть
И в самых долгих ночах,
Когда 100 лет холодов
И в мире этом и том
Нам вечно будет сладко вдвоем"
Из машины показались люди. Женщина и мужчина. Они обняли друг друга и начали танцевать, кружась под музыку и не замечая случайного свидетеля их любви. Они никого не замечали, потому что когда влюблен, слишком мало обращаешь внимание на вот такие детали.
Слезы ручьем побежали по её лицу. Они заскользили по сухим щекам и стали пробираться по голой шее. Парочка кружила, а Люба плакала. Она знала, что пришло время уходить, уступить эту скамейку тем, кому она была нужна больше.
Люба тихонько встала, посмотрела на парк с любовью и тоской. Невероятной грустью. И двинулась к выходу.
Она шла, не разбирая дороги, вытирая влажные щеки. Когда почувствовала нежные касания снежинок. Они падали на её лицо и смешивались с влагой слез. Пошел снег. Такой, какого этот город еще не видал. Густой и теплый.
Невероятно, но когда идет снег, становится теплее.
Люба не удержалась и оглянулась.
Влюбленные сидели на лавочке и целовались. Конечно, они не замечали снежного потока, потому что когда любишь, вообще мало что замечаешь вокруг.
Она брела по городу, который больше не был пустым. Люди покидали свои дома, чтобы насладиться предновогодним чудом. Чтобы сделать тысячу фотографий и хотя бы одного снеговика. Чтобы прогулять шубу и санки, купленные в детском мире в глубокой вере в чудо.
Чудо, наконец, случилось. Выпал снег. Лавка, которую Люба высиживала 3 года в одиночестве обрела новых влюбленных. Деревья хоть ненадолго укрылись в пушистые снежные платки. И стояли красивые. Город светлел на глазах. Внутри у неё очень болело.
Люба вернулась в пустую квартиру. Открыла окна и впустила свежий воздух в свой дом. А потом взяла мешки и начала убирать вещи. Его вещи. С которыми не могла так долго расстаться. Его костюмы, подарки, его любимые игрушки. Щетку зубную, бритвенные станки, пену. Она собрала все, даже старую наволочку с подушки содрала, которая больше не пахла её Сережей. Только Любиным горем.
Она выгребла все его вещи и отнесла в церковь то, что еще представляло какую-то материальную ценность. Снег таял, превращаясь в серые лужи. На душе выла вьюга. Ей очень хотелось вернуться в парк, но она одернула себя и пошла на рынок.
Купила мандаринов, новые елочные игрушки и карпа. Радужного, красивого карпа. Сергей никогда не любил рыбу. Это был, пожалуй, единственный продукт, который её муж не любил. Уж очень много костей.
-Он еще живой? - спросила она продавца перед покупкой. Убивать рыбу в её планы не входило.
-Нет, красавица. Не боись. Я его того, шандарахнул.
-Ну ладно, - она поморщилась, но рыбу купила. Надо же хоть что-то придумать на ужин.
На выходе из здания рынка мужики продавали еловые ветки. И она не удержалась и купила, потому что уж очень хотелось ей ощущения праздника, который никак не наступал. Обвешавшись сумками Люба побрела домой, чвакая по мокрому снегу.
Возле дома разлилась огромная лужа, которую сложно было обойти, поэтому она плюнула и пошла по воде. Теплый дом с сухими носками был совсем рядом. Люба сделала несколько шагов, когда услышала сперва шелест рвущегося пакета, а потом шум от всплеска воды.
-Твою ж мать, - прошептала она, - наблюдая, как карп отчаянно бьется посреди лужи в попытках уплыть куда-нибудь подальше от неё.
-Твою ж мать, повторила Люба и бегом добежала до лавки,куда сложила все свои пакеты. И оправилась обратно. Ловить свой ужин в мутной водице.
Карп отчаянно сопротивлялся и вырывался из рук. Выскальзывал, этот проклятый радужный карп. Любе было досадно и смешно одновременно.
-Девушка, что вы делаете, рыбку ловите?
Я не знаю, что поразило Любу больше фраза про рыбалку или обращение "девушка". Ее взрослый сын заканчивал институт в другом городе. А первые морщины появились лет десять назад.
Люба повернулась и посмотрела весельчаку в лицо.
-Ловлю.
-И как, успешно?
-Как видите, не очень.
-Так, может, давайте я подсеку? Я рыбак с опытом.
-А давайте, - ответила она, потому что очень устала ловить эту дурацкую рыбину.
И они как два придурка в 4 руки стали рыбачить. Через 15 минут карп был в пакете.
-Хороший улов, - усмехнулся помощник, - я Александр.
-Спасибо, Александр, за помощь. Я Люба. Любовь.
-Очень приятно, Любовь.
Он посмотрел на свои руки, а потом на одежду, которая выглядела испорченной. Явно не ожидал такое убыточное мероприятие.
-Пойдемте, Александр. Я вас в порядок приведу. И чаем напою.
Напарник ободрился, подхватил Любины пакеты и еловые ветки и пошел. Со Любой. В новую жизнь.
Карпа, они, конечно, выпустили. Люба не могла иначе. Александр смеялся, стоя на мостовой, а Люба молча смотрела вдаль, на старый серый парк.
-Вы уверены, что жизнь в этой речке-вонючке для карпа будет меньшим наказанием?
Люба улыбнулась и кивнула. Александр вывернул пакет с карпом, а Люба заплакала.
Мимо проехала машина, обдавая бывших рыбаков-напарников незнакомой мелодией:
"Когда ты любишь, ты взлетаешь высоко и не слышишь никого.
И забыв о всем Святом, ты разбиваешься.
Но едва открыв глаза, ты кричишь один в слезах:
Неужели жизнь моя... Жизнь продолжается!"
Люба рыдала уже навзрыд, а Александр заключил ее в свои дружеские объятия:
-Ну не надо так расстраиваться. Может он из этой речки-вонючки родом. И дома ждет его семья. И он привык к этому смраду. Это запах его дома, может. Сильный карп, он справится. Если выжил после удара по голове и нашей рыбалки. Что ему эта речка?
Александр продолжал лепетать чушь и поглаживать Любу по спине, а Люба продолжала плакать.
И с этими слезами выходили остатки горя по прошлой жизни. Оставив только светлую память о любви и бесконечную благодарность мужу. За то, что он был в её жизни и останется навсегда в памяти.
Люба, наконец, вдохнула свежий воздух полной грудью и услышала треск. Ожерелье из бусин, которое сковывало ее шею соболезнованиями, рассыпалось по мостовой. Бусинки падали на мокрый асфальт, присыпанный остатками снега. С каждой упавшей бусиной она слышала: живи. Живи! Живи! Живи...
Жизнь продолжается.
Спасибо за внимание. И поддержку. За ваши теплые слова.