Кучовки под нами, как в море медузы. Над нами слоистая, словно вуаль. Лежим мы на курсе Пролив Лаперуза, Покинув страну, где рожден Бухенвальд. Земля, будто дно, таинством увлекает. Приятной лазурью зовёт небосвод. На птице стальной мы летим и мечтаем О тех, кто тоскует, и дома нас ждёт. То взлёт, то посадка, закаты, рассветы. Эфирные звуки, табло ЭВМ. «Вот это – романтика!», - думают где-то. Для нас это будни текущих проблем. О хлебе насущном заполнены мысли. Мы верим, красой насладимся потом. Гул наших моторов ласкает, как гусли, Кабина привычна, уютна, как дом. Наш лайнер – чудесный воздушный извозчик, Кормилец и чаянье наших надежд. Спустившись с высот, мы на жизнь смотрим проще, Прощая земную мороку невежд. Прощая обиды, обман, униженья, Свою нищету (мы привыкли жить без). А душу нам греют полётов мгновенья И то, что, как боги, мы сходим с небес! Кучовки под нами, как в море медузы. Над нами слоистая, словно вуаль. Живём в самолёте, как где-то жил Крузо И нам нашей жизни
Кучовки под нами, как в море медузы.
Над нами слоистая, словно вуаль.
Лежим мы на курсе Пролив Лаперуза,
Покинув страну, где рожден Бухенвальд.
Земля, будто дно, таинством увлекает.
Приятной лазурью зовёт небосвод.
На птице стальной мы летим и мечтаем
О тех, кто тоскует, и дома нас ждёт.
