Анастасия Снегина
Месяц серебристый спрятался в ночи,
Вьюга воет, стонет и в окно стучит.
Разыгралась буйно, снегом повела,
Заметает избы старого села.
Не видать в окошках света и тепла,
Не играют дети в прятки у двора.
Снегом завьюжила, завалила сад,
Спит, снежком укрытый, синий виноград.
В белоснежных шубах вишенки в саду,
Тихо засыпают на свою беду.
Замело дороги, тропок не видать,
Для зимы, поверьте, это благодать.
Занесло метелью старенький забор,
Из-под снега смотрит как всему укор.
А деревня дремлет, плакать нет уж сил,
Видно, вправду Мир про нее забыл.
Баба-снежная карга
Шла красавица Зима по пустыне снежной.
Ей казалось, власть ее велика, безбрежна.
Засыпала серебром все пути–дороги,
Уходите прочь скорей, уносите ноги.
Притворилась она старой бабою–каргой,
И пошла, хромая в гору, с ледяной клюкой.
Потихонечку вступает, где снежок лежит,
А сама чего-то знает, заговор твердит.
Вот метель за ней стремится, кружит и пуржит,
Снег в селе в окно стучится и столбом стоит.
Ветер воет, завывает и поет романс,
С вьюгой снежною играет в сказочный пасьянс.
Вот сорвал с Зимы ненужный темный капюшон
И она вдруг встрепенувшись, спела в унисон.
Вновь в Богиню превратилась-красоту полей.
Шуба, сшитая из снега, вся блестит на ней.
А сама как будто пава, глаз не отвести.
Красотой своей сразила всех она в пути.
Танец любви
Ах, сколько в этом танце было страсти.
Огонь любви горел уже в крови.
Мы очутились целиком во власти,
И танцевали раз, и два, и три...
Одежды наши дивно извивались.
Все было не от мира от сего.
И в унисон сердца наши стучали,
И негой чудной сразу повело...
А музыка божественно звучала.
И мы с тобой парили в вышине.
А сердце билось, странно замирало.
И все это, казалось, как во сне...