Княжеский период
Как таковой институт исполнения уголовных наказаний возник, безусловно, одновременно с самим уголовным наказанием, цели которого – какой бы характер и направленность они не носили – со всей очевидностью могут быть достигнуты только в случае неотвратимого исполнения принудительных мер, предусмотренных уголовным законом. Соответственно, уже в древнерусском государстве, помимо института уголовного преследования, существовал и институт исполнения уголовных наказаний. При этом, безусловно, не следует забывать о крайне слабой степени спецификации и непосредственно правовой системы Древней Руси, и всей государственной машины.
Древнерусские правовые источники переплетали в себе гражданские и уголовные материальные и процессуальные нормы, точно так же и органы государственной власти и, выражаясь современной терминологией, отдельные должностные лица осуществляли различные по своим направленности и характеру функции.
Иными словами, пенитенциарных органов в Древней Руси не существовало, и в действительности в них попросту отсутствовала необходимость.
Лишение свободы за уголовное преступление как самостоятельный институт сформировалось лишь в XV веке, до этого уголовная кара носила иной характер.
В целом их можно выделить три основных вида наказаний на Руси:
- членовредительные (изувечивающие) – лишение человека какой-либо части тела или ее повреждение (ослепление, вырезание языка, отсечение руки, ноги или пальцев, отрезание ушей, носа или губ, кастрация).
- болезненные - причинение физического страдания путем нанесения побоев различными орудиями (кнут, плети, батоги (палки), шпицрутены, розги, кошки, линьки).
- осрамительные (позорящие) - наибольшее значение имеет опозорение наказываемого (например, выставление у позорного столба, клеймение, наложение оков, бритье головы) .
Первая группа была заимствована у Византии и появилась уже в первые столетия существования древнерусского государства, две последующие группы сформировались позже. Древнерусское право упоминало и смертную казнь, еще Договор Руси и Византии 911 года гласил: «Если кто-либо убьет (кого-либо) — русский христианина или христианин русского, — пусть умрет на месте совершения убийства. Если же убийца убежит, а окажется имущим, то ту часть его имущества, которая полагается ему по закону, пусть возьмет родственник убитого, но и жена убийцы пусть сохранит то, что полагается ей по обычаю. Если убийца окажется неимущим и (при этом) он бежал, то пусть окажется под судом до тех пор, пока не будет найден (если же будет найден, то), пусть умрет» .
В дальнейшем, с принятием христианства, Русь практически отказалась от смертной казни, хотя упоминание о таком наказании встречается и в «Русской Правде», и в летописях . Окончательно смертная казнь была отменена Пространной редакцией Русской Правды, хотя уже в Уставной Двинской грамоте (1397 год) упоминается вновь.
Иными словами, предусмотренные древнерусским законодательством виды уголовного наказания были достаточно «простыми» с точки зрения исполнения, которое, как правило, носили одномоментный характер и могли быть исполнены по поручению князя любым дружинником, иным «государевым» лицом или же самим князем. Например, в 1071 году князь Глеб Святославович, обвинив новгородских волхвов в подготовке мятежа и «порицании веры Христовой», казнил их самостоятельно и прилюдно.
Соответственно, для исполнения таких наказаний не требовался какой-либо обособленный элемент государственно-правовой системы. По сути, основным и единственным источником власти в древнерусском государстве был князь, в рамках воли которого осуществлялось и уголовное преследование, и уголовное наказание. Князь мог и признать лицо виновным в преступлении, и самостоятельно привести наказание в исполнение, поручить исполнение наказания, как уже отмечалось выше, дружинникам или иным «подчиненным». Какой-либо необходимости содержать аппарат исполнения наказаний не было.
В Судебнике 1497 года упоминается о том, что уголовные наказания исполнялись различными субъектами, например, имущественные наказания исполняли бояре и дьяки, которые, например, взыскав причиненный ущерб из имущества казненного «вора» оставшееся имущество забирали себе. Так же уголовные наказания исполняли недельщики (приставы), которые так же обеспечивали, выражаясь современной терминологией, содержание преступников под стражей до разрешения дела. При этом, помимо прочего, Судебник 1497 года содержал отдельные нормы, регулирующие материальное обеспечение деятельности недельшиков. На рубеже XV-XVI веков в Русском государстве происходило формирование системы приказов, однако ни один их них не был наделен систематизированными уголовно-исполнительными функциями.
Царский период
Тюремное заключение как вид наказания неоднократно упоминается в Судебнике Ивана Грозного (1550 год) без указания на сроки такого заключения и порядок исполнения наказания. Следует помнить, что правление Ивана Грозного характеризовалось наличием такого института, как «опричнина». В историографии опричнину традиционно понимают как особое явление в государственной политике, иными словами, «опричнина» - это в первую очередь не административный институт, а явление , однако само по себе «опричное войско», состоявшее из «государева полка» и четырех Приказов, непосредственно подчинявшееся Государю, имевшее четкую внутреннюю иерархию и даже установленный «штат», со множеством оговорок можно считать обособленным органом, посредством которого Иван IV осуществлял свою власть.
Безусловно, этот орган использовался не для полнообъемного управления государством, а представлял собой репрессивный аппарат, посредством которого царь подавлял малейшее сопротивление своей власти. Бояре, обвиненные Иваном IV в «измене» подвергались смертной казни, которую исполняли именно опричники, иными словами, в каком-то смысле в задачи опричного войска входило и исполнение уголовных наказаний, однако эта функция носила вторичный характер, производный от репрессивной политики царя.
«Внеполитические» же уголовные наказания находились в компетенции Разбойного, Земского и Бронного Приказов. При этом, безусловно, ни о какой стройной системе органов исполнения наказаний не могло быть и речи – для каждого из обозначенных Приказов исполнение наказаний представляло второстепенную функцию. Кроме того, например, Земский Приказ изначально осуществлял административное управление исключительно в Москве и ряде иных крупных городов, иными словами, исполнить уголовное наказание в Москве мог и Земский Приказ, и Разбойный, и Бронный, а вот во Владимире – только Разбойный или Бронный.
Сама же тюремная система в середине XVI века была децентрализованной и включала в себя:
- древнерусские частные тюрьмы при дворах князей и крупных феодалов;
- государственные тюрьмы;
- монастырские тюрьмы для лиц духовного звания, а также лиц, совершивших преступление против церкви;
- тюрьмы, подчинявшиеся органам местной власти .
Иными словами, институт «частных» тюрем был известен отечественной государственно-правовой системе еще почти пять веков назад. При этом «владельцем» такой тюрьмы могло стать исключительно лицо, наделенное высоким сословным и имущественным статусом (положением). Кроме того, с учетом особой роли церкви в жизни русского государства, отдельным звеном тюремной системы выступали монастырские тюрьмы. Княжеско-феодальные и монастырские тюрьмы характеризовались тем, что служили местами отбывания наказания специальных категорий преступников – либо с точки зрения их сословного статуса, либо с точки зрения направленности их преступного деяния.
Соборное Уложение 1649 года примечательно тем, что:
во-первых, по сути, определяет ряд задач уголовно-исполнительной системы (по-прежнему не характеризовавшейся единством – исполнение уголовных наказаний находилось в ведении нескольких Приказов, к уже наделенным такой функцией добавился Приказ тайных дел, который исполнял наказание за тяжкие государственные преступления):
- привлечение осужденных к труду («И посадите его в тюрьму на 2 года, и из тюрьмы выймая его, посылать в кандалах работать..»);
- исправление осужденных («для покаяния посадити в тюрьме в избу на шесть недель»),
во-вторых, ввело новый вид уголовного наказания в виде ссылки «в украинские (окраинские – имелись в виду «окраины» государства) города, где государь укажет...».
Появление ссылки еще больше усложнило систему органов, исполнявших уголовное наказание – если преступник, например, ссылался на Левобережье Украины, ссыльными здесь ведал Малороссийский Приказ, если в Прибалтику – то Приказ Лифляндских дел.
Иными словами, в допетровское время уголовные наказания исполнялись множеством органов государственной власти, и ни для одного из них это не являлось основной задачей. Безусловно, провести четкую грань между всеми Приказами в сфере уголовно-исполнительных полномочий практически невозможно. При этом, по сути, аналогичная ситуация существовала во всех сферах государственного управления – оно было достаточно громоздким, Приказы зачастую дублировали функции друг друга.
Имперский период
Петровские реформы придали системе органов государственной власти России более стройный и целостный характер.
Приказы были заменены на Коллегии, которые как органы управления характеризовались намного большей отраслевой спецификацией. Фактически Приказы поглощались Коллегиями, например, в Юстиц-коллегию вошло сразу семь Приказов, среди которых были и те, которые ведали уголовным наказанием и тюремной системой. Юстиц-коллегию, безусловно, сложно назвать хотя бы отдаленным прообразом Министерства юстиции – среди ее функций были и присущие судебной системе (контроль за судопроизводством), и характерные для полицейских органов. Кроме того, часть вопросов исполнения уголовных наказаний находилась в ведении Военной Коллегии, которая, помимо прочего, заведовала гауптвахтами – одними из первых мест отбывания уголовного наказания, где совместно содержались преступники из различных сословий .
Важной вехой на пути развития отечественной пенитенциарной системы явился проект Екатерины II «Об устройстве тюрем» (1787-1788) Данный проект примечателен тем, что представлял собой попытку системного, комплексного регулирования деятельности пенитенциарных органов. Сам проект включал в себя ряд разделов, в том числе
- о строении тюрем разного наименования для заключенных разных групп;
- о содержании заключенных;
- о тюремной администрации.
Особенностью первой части проекта об устройстве тюрем является размещение заключенных по их группам в специальных тюремных зданиях.
Так, проект намечал отделение уголовных преступников от заключенных за неплатеж долгов, а для первых создавал:
- подстражную тюрьму,
- приговорную;
- тюрьму для осужденных.
Под подстражной тюрьмой разумелась следственная тюрьма, т. е. для предварительно заключенных в целях воспрепятствовать им уклониться от следствия и суда. Приговорная тюрьма предназначалась, с одной стороны, для приговоренных к срочному тюремному заключению, а с другой — для приговоренных к ссылке. При этом обе эти группы приговоренных также должны были содержаться раздельно.
Тюрьма для осужденных в губернском городе должна была состоять из трех специальных подразделений:
- для приговоренных к смерти,
- для приговоренных к вечному заключению
- для приговоренных к каторге.
Везде проводилось разделение заключенных по полу.
При этом, как отмечают многие исследователи, в действительности проект Екатерины остался на бумаге, и большинство его положений не было реализовано .
В начале XIX века на смену Коллегиям пришли Министерства. Однако, вплоть до 1879 года в России не было единого тюремного управления, его заменяли несколько (до 15-ти) ведомств, которым подчинялись тюрьмы. Например, у Сената была своя тюрьма в подвальном помещении. Местные тюрьмы были подчинены губернаторам .
По сути, «датой рождения» единого, централизованного пенитенциарного органа в отечественном государстве можно считать 27 февраля 1879 года, когда было создано Главное тюремное управление (ГТУ) МВД, впоследствии переданное 13 декабря 1895 г. в структуру Министерства юстиции. На ГТУ возлагались административные и хозяйственные функции; вопросами упорядочения пенитенциарного законодательства оно не занималось. Позитивным моментом этой реорганизации стало укрепление системы централизации - ГТУ постепенно присоединило к себе центральные и местные органы тюремного управления. К 1912 г. среди структурных подразделений ГТУ, помимо таких, как Главная инспекция по пересылке арестантов, Отдел по личному составу распорядительной и строительной частей, Отдел арестантских работ и других, имелись и Отдел воспитательно- исправительных заведений и Общества патроната .
ГТУ состояло из начальника Управления, который назначался на должность Высочайшим указом правительствующему Сенату по представлению министра внутренних дел, его помощника, тюремных инспекторов и канцелярии. Начальник ГТУ обладал весьма обширными полномочиями: он заведовал всеми местами заключения гражданского ведомства, арестантской пересыльной частью, исправительными приютами. Кроме того, он отвечал за расход ассигнованных по сметам кредитов и осуществлял надзор за местными учреждениями тюремного ведомства без дополнительных санкций министра внутренних дел. Ему подчинялись на правах командира Корпуса все чины Конвойной стражи и лица, участвовавшие в ее управлении по части службы при арестантах гражданского ведомства. На Конвойную стражу возлагались следующие задачи:
- сопровождение арестантов, пересылаемых этапным порядком по территории Европейской России (за исключением Финляндии и Кавказа) и по главному ссыльному тракту в Сибири;
- сопровождение арестантов гражданского ведомства на внешние работы и в присутственные места;
- содействие тюремному начальству при производстве внезапных обысков и подавлении беспорядков в местах заключения; наружная охрана тюрем там, где это признано необходимым
В таком виде пенитенциарная система просуществовала вплоть до 1917 года.
Органы исполнения уголовного наказания в советское время - здесь