- О чем пишете песни?
Евгения: момент рождения музыкальной и словесной форм – это божественный космический сигнал. Ты просто вовремя должен успеть записать. Это если говорить про честное творчество. Любая честная песня рождается из сердца, из событий и опыта, полученного музыкантом, из его переживаний. Кто-то, возможно, имеет другой взгляд на это…
- В предыдущем интервью вы сказали, что вы играете рок. Но, мне кажется, в вашей музыке может быть что угодно...
Тема: не стоит лезть во все эти теги и канцелярские дебри. Есть огромное количество очень крутых команд, играющих в стиле рок и имеющих весьма неожиданное и необычное для рамок стиля звучание. Вот как это взять и просто назвать – рок-музыка? Честная рок-музыка? Настоящая, искренняя рок-музыка – это сначала рок-жизнь.
- На самом деле, ваше звучание это вообще что-то необычное. Согласны с этим?
Тема: не знаю, я привык уже.
Евгения: это необычное. Тема имеет в виду, что это очень часто задаваемый вопрос. Вот как назвать гитарную музыку с вкраплением электронщины и неординарных творческих решений?
- Может быть, это какое-то новое направление?
Евгения: может быть. Мне кажется, каждый первый музыкант отвечает на этот вопрос так: «Это не дело музыкантов – определять стили». Совершенно заезженный ответ. И я искренне не понимаю, что музыкантам дает этот процесс гранения в тэг. Зачем все это?
Тема: чтобы успеть быстрее продвинуть музыку по коммерческой линии.
- Мы, слушатели, можем воспринимать музыку совсем по-другому, не так как вы. У нас разное отношение. Все равно есть какая-то разница, но и взаимодействие ведь тоже должно быть между слушателями и музыкантами.
Тема: да. То, что творится внутри себя, донести трудно. И от этого процесса зачастую (вернее, всегда) хочется получить фидбэк. Отдачу в сердцах и переживаниях слушателя. Был период, когда напишешь сто песен. И думаешь: «е-мое, мне-то нравится!»… А как на самом деле, как это слушатель воспринял – непонятно. Поэтому если даже, казалось бы, однообразные вопросы помогают разрушить лишний барьер между нашей музыкой и слушателем, я рад, что нам их задают, это здорово.
- Мне нравится моя работа. Мне хочется брать интервью, знакомиться, больше узнавать, потому что я хочу этим самым выразить свою благодарность за музыку, которую вы дарите нам, слушателям. Очень часто музыка нас спасает. Бывает, что даже от смерти или просто от бессмысленного существования.
Тема: я не считаю, что со смертью все заканчивается. Это, кстати, в кассу ответов на вопрос «О чем ваши песни?». Потому что если бы смерть была конечной точкой нашей души, то мы в своем развитии миропонимания все нефигово припоздали… Теряет ли жизнь в подобной ситуации свою ценность? Нет. Если есть, ради кого жить.
- Расскажите о том, как придумывали название группы, почему оформление именно в красном цвете? Что это значит для вас? Я заметила, что у вас много красного цвета…
Тема: это мой любимый цвет и единственный, который я могу точно отличать как профессиональный дальтоник. Я люблю его, он классный. Он дает мне силу, энергию Марса… Красный – это Марс, Солнце.
Антон: он шевелит, собирает, раздражает.
- Вы не первый раз даете интервью. Расскажи о каких-то интересных случаях? И какие вопросывас бесят?
Тема: Ты про вопрос о музыкальном направлении (возвращаемся к одному из первых вопросов)? (смеются)
- Играли ли вы на фестивалях? Какой формат выступлений для вас более комфортный?
Антон: на больших фестивалях пока в формате Motormann не выступали. Поскольку аккурат после нашего концерта в Рок-баре 14 марта 2020 года все большие интересные ивенты стали отменять один за другим из-за значительно ухудшившейся ситуации с пандемией. Ну там, самоизоляция потом началась, и многие люди по тем или иным причинам стали сворачивать лавочки…
- Когда прошла первая репетиция вашего барабанщика Антона? Как ощущения, как тебя приняли в группу? Насколько давно ты в группе?
Антон: с 17 июля 2019 года.
- И как тебя приняли? Твой первый день, первая репетиция, какие ощущения?
Антон: слушай, всегда эти неловкие моменты первого дня знакомства с группой… Знаешь, крайне редко… а точнее, никогда не было ощущения, что пришел и сразу в свою тарелку нырнул.
Тема: НЫРНУЛ причем! В тарелку НЫРНУЛ.
Антон: на первой же репетиции я почувствовал некое музыкальное единение с ребятами, такое ощущение, словно мы уже давно играем…. Тяжело подобрать правильное слово, которое точно опишет это.
Тема: когда «этого» нет, ты понимаешь сразу. Человек сел за инструмент – и все понятно.
Антон: а знакомство произошло почти случайно. Мне пишет неизвестный чувак без фотографии в профиле. Некий Дмитрий Гундяев в друзья стучится:
– Привет.
– Антон, я тебе скидываю список групп. Скажи, какая тебе больше нравится? (А в списке песни Motormann и песни сайд-проекта Темы, группы «Я-есть-то».) А я слушаю, все песни классные, у них есть какой-то один неповторимый стиль, они тут же привязываются и начинают постоянно крутиться в голове. Он приглашает меня на репетицию, а дальше вы знаете…
Евгения: кстати, Антоха… Мы все давно занимаемся музлом, и я знала группы, в которых он играл, но никогда его не виделакак музыкальную единицу. Почему-то он вообще выпал из поля зрения. При этом, когда мы стали играть, я удивилась, насколько у нас легко получилось найти общий музыкальный язык. И это странно, потому что я играла с очень большим количеством ребят и очень с немногими ты с ходу понимаешь, что это «оно». Это лучше всего проверяется на импровизациях. Кто-то что-то начинает играть, и если человек чувствует это движение, это круто! Вот Антоха как-то сразу почувствовал, и меня это удивило. Я думаю: «А где же он был раньше?».
- Расскажите о своих ощущениях во время выступлений, может быть, припомните истории с выступлений, курьезные случаи?
Антон: так а что далеко ходить, на концерте в одном нижегородском клубе был один случай. Сначала все шло вроде бы по плану. Саундчек, тест, настройка, коммутация. И меня порадовало, что звукач в клубе не один, а аж целых три. У меня, разумеется, метроном в ушах и монитор на полу. Вроде все как всегда. Но не тут-то было. Выходим на сцену, отыгрываем первую песню, вроде все норм. Начинаем вторую, и тут у меня отрубается из наушников метроном. Ну, думаю, ладно. Доигрываю до припева, и бац! Из монитора пропадает гитара. И синты. И я вообще ни чего не слышу. Доигрываю песню по памяти. После нее сообщаем звукачам о неполадке. Типа исправили. Играем дальше, та же история: сначала отрубается метроном, потом все остальное. Что символично – это происходит именно во время моей любимой песни DREAM_TEAM. Тема понимает, что творится какой-то ужас, и, не отвлекаясь от игры, подходит к барабанам. Наши взгляды пересекаются, и, глядя на аппликатуру его рук, начинаю слышать, что он играет.…… Это похоже на ощущение, когда прыгаешь с вышки в воду, начинаешь тонуть, но твой друг вытаскивает тебя из воды.
Тема: как будто ты – Тони… шь! (смеются)
Антон: кроме шуток, это дорогого стоит, потому что очень много музыкантов огромное количество лет не могут сыграться друг с другом. Не могут найти элементарного понимания музыкальной ткани.
Евгения: на самом деле, нам всегда хотелось просто играть музло, но реальность диктует такие условия, что зачастую музыкант – он же организатор, он же звукорежиссер и т. д. Очень много организационных моментов… Если заниматься этим самостоятельно, то это много энергии, много ответственности.
Тема: или вот история со времен, когда наш барабанщик играл более тяжелую музыку, и у него вырубился свет на концерте.
Капелла хардкор!
Капелла хардкор by TonyЩеплягин!
- А когда у вас будет следующее выступление? Я бы с удовольствием сходила.
Антон: Есть очень много заделов на будущее. Есть идеи, как сделать концерт на несколько групп например. Но это пока в стадии продумывания концепции события.
Тема: ждем до 2035 года! (смеется)