Вагон чуть покачивался из стороны в сторону. Шнуров любил метро, запах креозота, визг тормозных колодок на поворотах, мелькание огней в темноте тоннеля за окнами… И суету. В ней он чувствовал себя частью целого живого организма.
Состав остановился на станции, двери открылись, в спину Шнурову уперлись и вытолкнули из вагона. Толпа, зажимая его со всех сторон, понесла к эскалатору. Перед ним движение замедлилось. Словно паста из тюбика, из общей массы выдавливались по очереди люди на ступени подъемника.
Шнуров скользил взглядом по лицам пассажиров, спускавшихся ему навстречу по соседней движущейся лестнице. Тут же забывал их.
Людская масса разделилась на ручейки, протискиваясь через турникеты. Шнуров миновал тяжелые, больно бьющие двери выхода, если зазеваешься, и оказался на улице. В лицо ударил холодный ветер с мелкими каплями дождя.
Шнуров остановился и посмотрел на серое низкое небо, которое жалось к земле, пытаясь согреться. Всё новые порции выдавленных из метро людей толкали его в спину, ругали, что загородил дорогу. Он накинул капюшон куртки на голову, сунул руки в карманы и пошёл знакомой дорогой домой, выученной до щербинки.
Скоро потерял торопливый ритм движения, приобретённый в метро, пошёл размеренно и спокойно. Некуда торопиться. Дома никто его не ждёт. Даже кот.
Прошлым летом подобрал котёнка на улице. Тот отогрелся, отъелся и через два месяца сбежал через открытое окно. Шнуров не сильно жалел беглеца, но одиночество с тех пор чувствовалось острее. «Все от меня сбегают», - думал он.
Три года назад от него ушла жена. Утром уходили на работу, вечером уставшие возвращались в маленькую однокомнатную квартиру в спальном районе. Шнуров работал, как проклятый, чтобы накопить денег на квартиру побольше. Однообразная скучная жизнь.
Жене надоело ждать. Ребёнка рожать в такой тесноте не решилась. Уехала в свою Рязань к родителям. А Шнуров с тех пор накопил достаточно денег. Только зачем ему одному большая квартира?
Перед подъездом откинул капюшон, протянул руку с ключом к кодовому замку. Дверь запищала, распахнулась и в Шнурова врезалась девушка. Она сделала шаг в сторону, пытаясь обойти его. Он тоже шагнул в ту же сторону с тем же намерением. Они снова оказались напротив друг друга. Следующий шаг они сделали в противоположную сторону одновременно.
- Да что же это такое?! – сердито вскрикнула девушка и толкнула Шнурова в грудь. Чтобы удержаться равновесие, он сделал шаг назад, нога повисла над ступенькой крыльца. Шнуров бы упал, если бы не ухватился за руку, толкнувшую его. Девушка стала вырываться, отпихивать Шнурова назад.
- Э-е-ей! – крикнул он и навалился на неё, прижав к двери.
- Да что вы себе позволяете! – гневно крикнула девушка, придавленная тяжестью его тела.
Из её расширенных глаз, которые находились в нескольких сантиметрах от глаз Шнурова, вылетали гневные молнии, угрожая поразить наглеца.
Молния попала в цель. Сердце Шнурова забилось быстрее.
- Да это вы меня чуть не столкнули с лестницы. Вылетела, как фурия, а люди, между прочим, могут за дверью стоять. В голову не приходило? – Шнуров осторожно отодвинулся от девушки.
Та опустила глаза, запахнула расстегнутое пальто, но не двинулась с места.
- На улице дождь, холодно и мерзко, чтоб вы знали. А у вас на ногах туфельки. Промокните и заболеете. – Он посмотрел на её ноги и действительно увидел туфельки. – Что, так плохо, что лучше под дождём, чем дома?
- А вам какое дело? – уже спокойнее ответила девушка и посмотрела во двор. Унылые деревья под моросящим дождем и низким тёмно-серым небом охладили её решимость уходить.
- Пошли. – Шнуров снова открыл дверь подъезда и придержал её. – Дома всё же лучше, чем на улице. Да не бойтесь. Я сырых не ем. Просто успокоитесь и решите, куда вам идти, и стоит ли. Пошли, – повторил он и шагнул внутрь.
Тяжелая дверь начала закрываться, грозя оставить девушку снаружи. В последнюю минуту она всё же удержала её и вошла за Шнуровым.
- Мне на восьмой этаж. А вам? Я раньше вас не видел, – сказал он у дверей лифта.
Девушка промолчала.
Кабина лифта, скрипя, опускалась невыносимо долго. Створки двери с шумом разъехались в стороны, и Шнуров шагнул в лифт. Девушка помедлила, но сделала шаг. И вовремя. За её спиной дверь с грохотом захлопнулась.
Шнуров нажал на кнопку с цифрой восемь. Кабина, дрогнув, поползла вверх, натужно скрепя. Шнуров бросил взгляд на заплаканное лицо с размазанной тушью под глазами. Девушка недовольно отвернулась.
Она вышла первая из тесной кабины лифта и остановилась в нерешительности. Шнуров прошёл мимо неё, отпер дверь квартиры и широким жестом руки пригласил войти.
- Прошу!
Она подошла к нему и заглянула в глаза. Наверное, не увидела в них того, чего боялась, и решительно зашла в узкую прихожую.
- Раздевайтесь. – Шнуров замотал головой. - В смысле, снимайте пальто, проходите. Сейчас будем пить чай.
Он первый скинул мокрую куртку, ботинки. И уже из кухни, перекрикивая шум воды из крана, громко говорил.
– Чай у меня божественный. Мне друг из Кении привёз. У нас такого не продают. - Поставил на газ чайник и выглянул из кухни. Прихожая была пустая.
Он нашёл её в комнате у книжной полки. Она рассматривала фотографию. «Не сбежала». Облегчённо выдохнул.
- Это мы с друзьями на порогах. – Лицо Шнурова почти касалось волос девушки.
Она вздрогнула и обернулась. Их глаза оказались совсем близко. Гостья отступила в сторону.
- Да не пугайтесь вы. Я Шнуров. – Он протянул ей руку для пожатия.
- Юля, - девушка вложила в его большую тёплую ладонь свою маленькую узкую руку.
Тёмно-русые волнистые волосы, чёлка, непонятного цвета глаза — то ли зелёные, то ли светло-коричневые. На ней была юбка до колен и тонкий чёрный свитер.
Из кухни раздался свист чайника и Шнуров убежал. А когда оглянулся, девушка стояла за его спиной.
- Так и будем натыкаться друг на друга? – Улыбка у Юли была красивая, между приоткрытыми губами белела полоска ровных зубов.
Сердце Шнурова пропустило удар, внизу живота заныло.
Он отвернулся к полке над раковиной. Рука привычно потянулась к кружке сбежавшей Ленки, но на полпути поменяла траекторию и сняла чашку для гостей. Была у него такая. Поставил на стол рядом со своей внушительной чёрной кружкой.
Они пили чай, и Юля рассказала, что со своим парнем сняли квартиру в его доме две недели назад. А сегодня пришла из института раньше, сбежала с лекции. А Мишка…с её подругой… В общем, дальше он знает.
- И что будешь делать? – Шнуров перешёл на «ты».
Он был старше, имел опыт брака, хотя ничего подобного у них с Ленкой не случалось. Худой, с отросшей щетиной на подбородке, с обычной незапоминающейся внешностью, он не считал себя красавцем и сердцеедом. Не был похож на знаменитого однофамильца. Но все звали его по фамилии.
- Вернусь в общежитие. - Юля повела плечами.
- Так уже темнеет. Оставайся. У меня есть раскладушка. Я на кухне лягу. Приставать не буду. От меня жена сбежала, с тех пор я решил, что одному спокойнее.
На следующий день Шнуров покачивался в вагоне метро, возвращаясь с работы. Он так устал, что забыл о вчерашней гостье. Снова толпа вынесла его к эскалатору, потом вытолкнула из дверей метро. Дождя не было, и серое небо поднялось над землей, словно расправило крылья. «Тоже любит свободу», - подумал Шнуров и вспомнил Юлю.
Он сразу уловил витавший в квартире запах то ли шампуня, то ли духов. Втянул воздух ноздрями, пытаясь определить, нравится ему или нет. Ему понравилось забытое ощущение присутствия женщины, оставившей свой запах. Квартира стала казаться даже уютной.
Заглянул в холодильник. Масло, яйца, батон... Яичница надоела, а готовить одному что-то другое было лень. Он ограничился горячим чаем. За окном уже стемнело.
Звонок в дверь заставил сердце Шнурова учащённо забиться. Он сразу понял, что это Юля. «Зачем? Не нужно мне всё это. Ни к чему. Сбежит, как и Ленка. Лишние переживания», - подумал он. Но звонок раздался снова, и Шнуров медленно пошёл открывать.
На пороге стояла действительно Юля с клетчатой сумкой у ног, в каких носят товар на рынок.
- Прости, Шнуров. Но моё место в общежитии уже занято. Ты не бойся, я найду квартиру и съеду от тебя.
- Я не сдаю угол ни за деньги, ни за натуральную плату. - Шнуров резко закрыл дверь.
«Сволочь ты, Шнуров. Ей ведь некуда пойти. А если вляпается во что-то ночью?» Перед его глазами стояло растерянное лицо Юли. За спиной по карнизу окна забарабанили капли дождя. Он резко распахнул дверь.
На площадке пусто. Движения кабины лифта тоже не слышно. Шнуров бросился вниз по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки. Чуть не налетел на неё на следующем лестничном пролёте.
Через полгода они переезжали в новую двухкомнатную квартиру недалеко от старой. Юля ждала ребенка. Месяц назад они поженились. Пока он с друзьями перевозил вещи и мебель, Юля сидела на подоконнике в пустой квартире, озираясь и планируя, как расставить мебель. На её коленях дремал, свернувшись клубком, серый котёнок.
Жизнь Шнурова сделала виток и, набирая обороты, стремительно понеслась дальше.