«Бумага: форма терпения в российских пределах» Алексея Малахова — очень краткая история российского бумагоделания с тысячей иллюстраций и странными эпиграфами.
Пример эпиграфа: «Хоть как, лишь бы не по-старому». Всё. Сгодилось бы для подзаголовка, но для эпиграфа?
Наличие популярной красочной книги об истории бумаги в России — это прекрасно. Но непонятно, зачем было делать такой большой замах: от петроглифов Хакасии до киндла. В итоге начало и конец книги получились конспективными и как будто для галочки. Главы про современное производство тоже нельзя назвать удачными. Я понимаю, что у книги есть спонсор, но зачем же таким казенным языком писать.
При этом у книги есть два больших плюса:
1) иллюстрации (представляете, найти почти тысячу иллюстраций с очищенными правами, да еще заказать серию иллюстраций у художника),
2) главы об истории бумажных фабрик в России (собственно о чем могла бы быть вся книга, но нет).
Еще один приятный бонус книги: наметила себе маршруты для посещения: 1) нужно съездить в Хакасию (Боярская писаница — это что-то невероятное); 2) посетить музей истории государственных бумаг в Питере (на Фонтанке); 3) съездить на Полотняный завод в Калужской области (а там, судя по виртуальной экскурсии, находится очень приятный музей бумаги Бузеон).
Немного фактов из книги
🌲 использовать древесину для производства бумаги стали только после изобретения промышленного дефибрера (XIX век); до этого в сырье кроме тряпья добавляли лён, коноплю, крапиву, солому и даже водоросли;
👨👩👧👦 на фабриках (папирнях) числились, например, черпальщики, подчерпальщики и сдувальщики; работали посессионные крестьяне (продавались вместе с мануфактурой), а дешевый труд не способствовал развитию средств производства;
👗 фамилия владельцев ярославских бумажных фактур Затрапезных восходит к слову «затрапез» — изношенная дешевая ткань (из такой и делали бумагу); комментировать фамилию владельца Красносельской фабрики Вячеслава Печатника, думаю, не имеет смысла;
🗿 «медная бабушка» (памятник Екатерине II, см. одноименную пьесу Зорина), доставшаяся Пушкину в качестве приданого, стояла на территории полотняного завода Гончаровых в Калужской области; «в каждом колечке второго ряда кружев воротника императрицы было изображено лицо одного из ее придворных» (колечко кружев второго ряда как мерило успеха звучит сильно);
🌳 возвращение к истокам: из-за дефицита бумаги партизанская газета времен ВОВ «Народный мститель» печаталась на бересте.
***
Больше записок и выписок — в телеграм-канале t.me/abiblio.