Карта подсказала, что Даня находится возле южного входа. Пришлось обойти здание кругом. С другой стороны обнаружилось такое же крыльцо.
Сразу за дверью — турникеты. Возле них — молодой человек с планшетным компьютером в руках. На охранника не похож — скорее, на некоего менеджера. Улыбчивого, уверенного в себе.
— Добрый день. Вы на кастинг? Можно ваш паспорт?
Сверившись с планшетом, молодой человек кивнул, вернул документ Дане, что-то нажал на терминале, находившемся позади него. Терминал выплюнул талончик с номером, как в банке или ресторане быстрого питания.
— Даниил Сергеевич, это ваш номер в электронной очереди. Ждите, вас вызовут. И вот что: если вы всерьёз рассчитываете на участие — не лгите. Человек, который будет с вами беседовать — очень опытный психолог, он легко раскусит любой обман. Но! Прежде всего, не лгите самому себе.
Даня кивнул. Он чувствовал себя участником квеста: чтобы продвинуться как можно дальше, нужно соблюдать определённые правила. Не врать так не врать!
— А что вообще за шоу-то?..
— Ответы на все вопросы вы получите, только если успешно пройдёте кастинг и станете участником шоу.
А, всё понятно. Как на обычном собеседовании: «Спасибо, мы вам перезвоним». Даня уже знал, что это такое. Ни на одну работу его почему-то не брали, даже на ту, где мог бы пригодиться его талант — аниматором, например, или в ресторан петь. Оставалось лишь на улице бренчать, но этот вариант Даня отложил на крайний случай.
— Прямо и направо. Удачи, Даниил Сергеевич.
В указанном направлении обнаружился коридор, полный народа, сидевшего на скамьях вдоль стен. Ну точно, как в банке или в какой-то государственной конторе, где надо часами ждать своей очереди. Ладно хоть дверей не одна, а несколько.
Отличие от банка одно: если там большая часть публики — пенсионеры, то здесь — молодёжь. И не просто большинство, а абсолютное большинство. Все — парни. Сверстники Дани, чуть моложе или чуть старше. От шестнадцати до девятнадцати, примерно так.
Даня снял свою лёгкую куртку. Странно, что раздевалки нет.
Свободное место отыскалось рядом со здоровенным мрачным толстяком, во что-то игравшем на телефоне. Толстяк тяжело дышал и дурно пах. На Даню он не обратил никакого внимания.
Было неуютно. Сидит тут, будто беженец на вокзале, держа в руках куртку, как свёрток с барахлом. От нечего делать Даня ещё раз осмотрелся, уже более внимательно.
Надо же, и все эти ребята получили по тысяче рублей! Вот кому-то денег некуда девать!
Парней было много, типажи самые разные. Интересно, по какому принципу отбирали претендентов? Видимо, случайным образом. Просто взяли и разослали «письма счастья» паре сотен ребят определённого возраста. В итоге юноши спортивного телосложения и киногеничной внешности оказались в меньшинстве. У многих в этом коридоре — проблемы с осанкой и лишним весом. Некоторые — типичные ботаники, какими их изображают в комедиях: тощие, в очках. Другие — столь же карикатурные «чёткие пацанчики», в непременных спортивных костюмах и с бритыми головами.
И как его угораздило попасть в такую компанию? Даня мысленно посмотрел на себя со стороны. Да, некоторые учителя и мамины подруги ему говорили, что он женственен, но сообщали это, скорее, как комплимент. Да, с физкультурой у него всегда было плоховато. Зато когда он выходил на сцену с распущенными волосами до плеч, в белой рубашке с расстёгнутым воротом и с гитарой в руках — он был звездой. Именно поэтому его никогда не обижали, даже самые опасные пацаны — это же артист, певец, гордость школы! На районных «конкурсах талантов» побеждает, на местном телевидении часто появляется, встречается с самой красивой девушкой в классе…
Всего этого уже нет. Ни конкурсов, ни телевидения, ни девушки. Там, где Даня сейчас учился, он был всего лишь одним из многих. Будто принца в пажи разжаловали.
Надо пройти этот кастинг и пробиться на шоу. Просто надо.
То, что ему прислали приглашение — ошибка или случайность. А вот если он победит в отборочном туре — это уже закономерность. Значит, он всё-таки что-то из себя представляет.
Такое решение принял Даня, пока сидел и ждал. А ждать пришлось часа полтора, благо телефон с собой и полностью заряжен.
К моменту, когда на настенном табло появились его трёхзначный номер и номер кабинета, куда надо идти, а голос в динамике повторил эти цифры во всеуслышание, Даня уже не волновался. Просто хотелось поскорее разделаться с этим квестом.
За дверью оказался маленький кабинет. В нём — стол и два стула. За столом — молодой мужчина лет тридцати, такой же улыбчивый и позитивный, как тот, что встретил Даню у турникетов.
— Добрый день, Даниил Сергеевич. Рад вас видеть. Присаживайтесь. Меня зовут Артур.
Прозвучало бодро и искренне, словно Даня был его первым гостем. А ведь за сегодняшний день этот мужчина поздоровался уже не с одним десятком претендентов. Должно быть, он любит свою работу.
— Здравствуйте…
Артур открыл толстую синюю папку, перелистал страницы. Остановившись на нужной, что-то отметил ручкой.
— Итак, Даниил. Я буду задавать вам вопросы. Ваша задача — отвечать максимально честно. Вопросы будут иметь личный характер, сразу предупреждаю.
Даня кивнул — обречённо, как ему показалось.
Наверное, сейчас его спросят, чего он ждёт от сегодняшней встречи… Или попросят назвать его основные качества.
— Даниил, какое ваше достижение вы считаете главным?
Ну, или так.
— Год назад я занял первое место на районном конкурсе талантов в номинации «Лучший исполнитель». С песней Владимира Высоцкого «Воздушный бой».
— О каком своём поступке вы сожалеете?
— В детстве из рогатки птичку подбил.
— У вас была рогатка?
— Да. Сам сделал. Хотя я хулиганом никогда не был. Но с рогаткой любил баловаться. До сих пор где-то валяется…
Артур кивнул.
— Вам когда-нибудь хотелось убить человека?
— Что?!
— Убить. Человека, — спокойно повторил Артур. — Не бойтесь, наш разговор не записывается. В полицию вас никто не потащит. Да и желание само по себе ненаказуемо, не так ли? — Он подмигнул.
Не врать. От этого зависит успешный исход собеседования.
— Да. Как минимум один раз.
— И кого вам хотелось убить?
— Мою девушку. Точнее, уже бывшую.
— И за что вам хотелось её убить?
Как хорошо, что это мужчина. С женщиной Даня не смог бы откровенничать на эту тему.
— У нас была любовь… как мне казалось. А однажды она сказала, что сразу после школы выйдет замуж. Не за меня. Мне предложила остаться друзьями. Для меня это было… как удар молотком по голове. Я спросил, за что она так со мной. Она стала объяснять, что ей нужен перспективный мужчина. А я — ни то, ни другое. Ни перспективный, ни даже мужчина, представляете?! Пока она говорила, я заметил, что ей хочется поскорее закончить этот разговор. Чтобы я поскорее всё понял и поскорее от неё отвязался. На мои чувства ей было плевать…
— И что вы сделали?
— Я на неё замахнулся. Не кулаком, конечно, а ладонью. Просто не удержался. Но не ударил.
Артур кивнул и что-то пометил на странице.
— Как у вас сейчас обстоят дела с личной жизнью?
— С тех пор, как поступил в колледж культуры — никак. Живу в общаге, а там одни шлюхи.
— В каком смысле?
— В смысле — сегодня с одним, завтра — с другим. Все поголовно такие!
— И вы их осуждаете? — В голосе по-прежнему ни тени насмешки или издёвки, словно речь по-прежнему шла о достижениях.
— Не то, что осуждаю. Это их дело. Просто не хочу. Моя девушка была самой красивой в классе. И даже в школе. После неё встречаться с какими-то шалавами — это значит себя не уважать.
Не врать самому себе! И Даня добавил:
— Да и вообще… честно говоря, ненавижу я их.
Артур впервые за время разговора посмотрел на Даню заинтересованно:
— Кого? Шалав?
— Баб. Всех. Они все шалавы. Я из-за этой девушки, которая меня предала, чуть руки на себя не наложил…
— Понятно, — Артур захлопнул папку. — Ну что ж, Даниил, спасибо за беседу.
— Что — это всё?
— Вас что-то не устраивает?
— Других вы дольше опрашивали…
— Другие — это другие. А вы — это вы, с чем вас и поздравляю. Ждите, мы вам позвоним.
Ну, как всегда.
Даня встал и, не попрощавшись, вышел.
Дико хотелось жрать. Как хорошо, что на карточке есть деньги!
* * *
— Дарья Петровна, здравствуйте. Проходите, садитесь. Рада вас видеть.
— Без отчества, пожалуйста, — потребовала Даша.
— Хорошо, Дарья, — молодая женщина с косой чёлкой открыла синюю папку. — Интересно-интересно… Дарья Самусь, фем-активистка, поэтесса и блогер.
— Поэтка и блогерка, — поправила Даша.
Она с первого взгляда определила, что перед ней — типичный пример внутренней мизогинии. Эта женщина наверняка занимает такую низкую должность — рекрутёра, или как это у них называется — потому что думает, что на лучшее неспособна. А таких, как Даша, она считает опасными сумасшедшими.
На это реалити-шоу надо обязательно прорваться. Просто, чтобы страна увидела, что такие, как она, существуют. Чтобы упыри, глядя на неё, собственным дерьмом подавились.
— Отлично, Дарья. Я Стелла. Что вы считаете своим главным достижением в жизни?
Даша усмехнулась:
— В нашей стране быть фем-активисткой — само по себе достижение. Знаете, сколько хейта в мой адрес? Под каждым моим постом — комментарии от упырей, что меня надо плёткой отхлестать, как в домостроевские времена, чтобы знала своё место. Или отдрючить, как следует.
Стелла кивнула, не глядя на неё. Что-то изучала в своей папке.
— О каком своём поступке вы сожалеете?
— Что родилась здесь.
— Вам хотелось когда-нибудь убить человека?
— Да постоянно! Сегодня вот докопался какой-то упырь. Схватил за руку, спрашивал, где север. И такое со мной постоянно. Домогаются и домогаются, под разными предлогами. Ненавижу упырей.
— А упыри — это кто?
— Самцы. Мужики. Членомрази.
— У вас есть опыт обращения с оружием?
— Что у вас за шоу такое — про войну, что ли? Немножко есть. Из пистолета в тире стреляла. Практикуюсь на всякий случай. Всё равно рано или поздно легализуют, вот тогда упыри будут сто раз думать, прежде чем полезть…
— Отлично, Дарья! — Стелла демонстративно закрыла папку. — Спасибо за беседу!
Это всё? Ну, она так и думала. И ничего удивительного. С её убеждениями о телевидении можно не мечтать. В этой стране — не в ближайшие двадцать лет, точно.