Недавно в райском уголке Абхазии я отмечала день своего рождения. Отмечала среди цветущих роз и белых хризантем. И вот эти-то белые хризантемы навеяли мне воспоминания о дне рождении пятидесятилетней давности.
..Уже начались каникулы. Все из интерната разъехались. Было утро. 2 ноября. Дверь открылась. В комнату заглянул Володя Шаповалов.
- О! А ты, почему здесь?- но ответа он как будто и не ждал,- идем со мной! Я в лес! Там сейчас так красиво!
Когда вышли на крыльцо, солнце только-только начало подниматься из-за гор.
-Не вовремя вышли! В самый мороз! Надо было чуть-чуть пораньше, или позже,- тоном бывалого сибиряка-охотника сказал Вова,- обычно, когда встает солнце, а это где-то около десяти часов, лучше на улицу носа не показывай, в это время на улице морозяка!
Но холодный день для нас исчез тот час же, как только мы быстрым шагом стали подниматься в гору над школой. Снег выпал. Небольшая оттепель накануне дала снежку чуть-чуть подтаять, а сегодняшний ночной морозец сковал его, и, образовав хрупкую корочку наста, давал возможность идти по снегу свободно и не проваливаться, не вязнуть в маленьких сугробах. Снег не был ни рыхлым, ни мягким, но и не твердым. Идти было легко и приятно. С деревьев на нас от легкого дуновения ветерка слетали серебристые пушинки инея. А когда проходили под елками или сосенками, снег летел рваными кусками чуть-обледенелых снежных комьев. Когда они попадали в лицо, создавалось такое впечатление, будто за деревцами сидели маленькие гномики и швырялись в нас снежками. Их прикосновения не вызывали досады, а напротив, создавали атмосферу озорства и веселья. Хотелось тут же скатать снежок и пульнуть его в чащу. Но хрупкий снег рассыпался в руках и как песок, струйкой стекал с варежек, поэтому в кусты летели только отдельные крупинки снега, но и они, постепенно рассеивались в воздухе, а до цели долетала лишь тонкая и прозрачная нить снежной пыли...
Володя шел впереди. И все время обращал мое внимание то на пичужку на ветке, то на росточек на каком-нибудь деревце.
-Осень была теплая и запоздалая, поэтому и верба зацвела, видишь? Это плохо. Рано она обрадовалась теплу. Холода ее видишь, как свернули!
Пролетела сойка. В красивом сине-желтом оперении.
-Видела? Это-сойка! Вроде бесполезная птица. А-красивая!
Пока поднимались в гору над школой, погода вновь изменилась. И менялась она осторожно, будто украдкой. Сначала этот безмолвный морозец, теперь как будто колючая метель...Рассердилась, завьюжила и ...так же разом успокоилась, словно обиженный ребенок, притихла. И тогда-то пришел на землю мягкий, ровный снегопад. Воскресный день, будто одумавшись, нес нам хоть маленькую, но радость - воздушный лебединый пух праздничного снегопада.
Я не могла не признаться, что когда идет вот такой снег - мягкий и пушистый, большими белыми хлопьями, всегда чудится что-то новогоднее, наступает ощущение праздничности и легкости, но где-то в глубине души - томительное ожидание безысходной грусти.
(Продолжение следует).