- Я... я смотрел правый борт шестой палубы, и...
- ...а если вы поднялись на первую палубу и убили её?
- Я не... да в конце концов, я бы не успел этого сделать!
- Не забывайте, что у нас есть лифт... и да, я слышал шум лифта, когда вас не было рядом!
- Нет, нет, он не виноват, я ехала с ним в лифте в это время, я подтверждаю, он никого не убивал!
Я даже вздрогнул – так неожиданно появилась «Поэма», выбежала откуда-то из ниоткуда, и тут-то я понял, что «Поэма» была рядом всегда, здесь, в сознании человека, она тайно пробралась в разум, готовый отчалить в будущее, вместе с нами плыла по волнам времени через года...
...плыла...
...через года...
...только тут мы спохватились, что человек отклонился от курса, и несется куда-то в никуда, уже устроился куда-то там что-то продавать, подумывает про дорогущую машину в кредит (зачем? Зачем?) а чертежи кораблей, это когда-нибудь потом, потом...
На мое счастье «Эпопея» ловко перехватил штурвал, повел человека через бушующие волны, на какие-то курсы, какие-то заочные отделения, а за курсы платить надо, это придется на двух работах впахивать, а учиться тогда когда, это надо на полставки работать, чтобы силы учиться были, а за учебу тогда чем платить... «Эпопея» удачно лавирует между безденежьем и смертельной усталостью, ухитряется выровнять курс, и вот уже человек представляет первую модель, выступает на каких-то презентациях, все качают головами, кивают, да-да-да, очень интересно, мы с вами свяжемся, и очевидно, что не свяжутся, все так и останется на бумаге...
- А может... а может, пусть он соберет что-нибудь сам? – спросил я с надеждой, - бывает же, человек собирает что-нибудь в гараже и....
Оба - и «Эпопея» и «Поэма» - посмотрели на меня, как на безумца, я и сам понял, что крылатый фрегат – это не то, что можно вот так легко собрать в гараже или в сарае, так бывает только в красивых сказках, а у нас сказка некрасивая, уж какая есть, со всеми подводными рифами, штормами и ураганами.
Ближе к вечеру «Эпопея» стал сдавать, мы видели, что он окончательно выбивается из сил, пытаясь вести человека через бури и волны. «Поэма» осторожно попросила подержать руль, на что «Эпопея» ответил, что это слишком опасный участок пути – но впрочем, вскоре он вымотался настолько, что позволил «Поэме» поддерживать штурвал – чем наша спутница очень ловко воспользовалась, ведя человека в будущее, находя каких-то спонсоров, какие-то гранты, какой-то заброшенный не то цех, не то ангар, аренда дороговато выходит, но дело того стоит. Уж на что «Эпопея» косо смотрел на «Поэму», и то был восхищен её неожиданным мастерством.
Чуть погодя я начал замечать, что «Поэма» словно бы притормаживает человека, не дает ему разогнаться полным ходом, спешить вперед на всех парах.
- Не беспокойтесь, любезная «Поэма», позвольте человеку проявить себя в полной мере! Поверьте, он способен на большее!
- Отнюдь, - парировала «Поэма», - если мы и дальше так будем гнать, человека хватит на один фрегат, я сама видела, как люди умирали, изможденные, сотворяя что-то большее, чем они сами...
Но если мы не будем торопить человека, он не успеет построить всех нас! – возразил «Эпопея», - дитя мое, поверьте, судьба людей незавидна, отгореть меньше века и кануть в небытие, оставив после себя что-то по-настоящему бессмертное...
- Вы! – воскликнула «Поэма», - так вот что вы хотели сделать! Вы знали, что человека не хватит на всех, вы понимали, что это за пределами человеческих возможностей, - построить три величайших фрегата, которые будут покорять звезды! Вы знали, что нечеловеческая работа мысли истощит его, его хватит только на одного из нас! И вы позаботились, чтобы этим одним были вы... Вы убили «Мелодию»
- Так вот оно что... – неожиданно заговорил «Эпопея», глядя на «Поэму», - так это вы сделали...
- Что? Что я сделала?
- Вы убили «Мелодию», потому что боялись, что сил человека не хватит на четыре фрегата, и вы расправились с ней!
«Поэма» не успела возразить – к стыду своему признаюсь, в тот момент я поверил «Эпопее», что «Поэма» пробралась на борт человека с очень скверными целями, - так убедителен был «Эпопея». И я уже готов был скрутить «Эпопею» и бросить в трюм, к ночным кошмарам и детским страхам, когда палуба под нами покачнулась, и мы все буквально полетели кувырком – я еще успел вцепиться в мачту и ухватить руку «Поэмы», «Эпопея» же каким-то неимоверным усилием удержался на ногах и, отчаянно размахивая руками, пытался добраться до штурвала. Мы были так взволнованы, что даже не вспомнили, что у фрегатов не бывает рук и ног, нам уже было не до таких мелочей. И мы даже не сразу поняли, что случилось – так резко человек сбился с верного курса, завертелся, подхваченный коварными течениями, устремился в бешеный водоворот жизни...
- Скорее! – закричал я, - назад! Верните его назад!
- Боюсь, это будет не так-то легко... – отозвался «Эпопея», - с такой крутой вечеринки он вряд ли захочет уходить...
- Это добром не кончится! – мне стало по-настоящему страшно, я первый раз видел, чтобы умный и спокойный человек вел себя так. «Поэма» еще пыталась возразить что-то, что что, по-вашему, человеку теперь в монастырь уйти, вообще ни с кем кроме как по работе не разговаривать, - и на какие-то минуты на свою беду я ей поверил, что ничего страшного не случится, если человек немножко покрутится в бешеном водовороте жизни, все-таки какой-то праздник у них там, связанный не то с наклоном земной оси, не то со сменой дня и ночи, не то с длинной дня и ночи, не понимаю я всех этих положений небесных тел...
(окончание здесь: https://zen.yandex.ru/media/vesti_fomalgaut/chelovekrushenie-okonchanie-5fb7851162945b1f7e148007)