Говорят, что человек иногда с трудом покидает тюрьму, если провел в неволе много лет. И птица иногда в клетку возвращается.
В соседнем квартале были похороны. Немолодую вдову в черном платке женщины волокли под руки – она не могла идти – от горя. Плакала и голосила на всю улицу. Лейтмотив: как теперь жить без того, кого провожают в последний путь?
Рядом шел парень – это их сын. Шел спокойно и уверенно.
Вдова горюшка немало нахлебалась. Ее муж был буйным алкоголиком. Бил бедную жену смертным боем, как правило, раз в месяц. Синяки и подтеки на ее лице – почти привычная картина.
Часто можно было видеть, как она с криком бежала по двору, а он – за ней. Крик, визг, мат. Люди вызывали полицию, чтобы унять ее муженька. Приедут, он успокоится, но до поры до времени. Пройдет неделя, и снова крики, побои и вопли.
У парня, который шел за гробом – кривой палец. Он почему-то неправильно сросся после того, как «папенька» его сломал в гневе.
Сын с матерью не раз ночевали на лестнице, у знакомых и даже у чужих людей. Рассказывали, что они были необыкновенно счастливы, когда мужчина лежал в больнице с аппендицитом.
Казалось, женщина должна быть благодарной судьбе за «освобождение». Но не тут-то было! Искаженное страданием лицо, ноги, которые от горя не идут, и визг-плач.
Наверное, женская душа все-таки потемки, как сказал один умный человек. Или проще: некоторые дамы склонны к истерии, особенно с искалеченной психикой.
Я смотрел на лицо их сына. Спокойное, умиротворенное. Он шел, ни на что не обращая внимания. В том числе и на крики своей матери.
Для него уж точно пришло «освобождение».
Подписаться на канал "Георгий Жаркой".