Первые годы моего брака творилось что-то странное. Периодически я чувствовала себя главной героиней многосерийного фильма, которой положено рыдать, страдать и, наконец, уйти в дождь, укутывая в рваное одеяло новорождённого сына.
Она была мне не свекровь. Просто родственница мужа. А я в те давние времена хотела поступать правильно. Всегда. Или почти всегда. Мечтала избежать образа наглой невестки, которая беспардонно увела из семьи домашнего мальчика. Поэтому время от времени ей звонила. А она хотела, чтобы звонил он, и срывала злость на мне.
В первый раз про его многочисленных баб я узнала, когда уехала навестить маму через два года после свадьбы.
-Здравствуйте, - говорю я.
-Не могу до него дозвониться, - вместо приветствия ответила родственница – Не берет он домашний телефон.
-Попробуйте на мобильный, - предлагаю я.
-Так звонила я на мобильный, - взрывается она. – А там вечно какие-то бабы трубку берут.
Так я попала в сериал под рабочим названием «Бедная Маша». Через год, когда мы с сыном опять уехали к маме, бабы вернулись. Они обступили телефон моего мужа и наперегонки хватали трубку каждый раз, когда звонила его родственница.
Нет. Я бы скорее поверила, что любвеобильные бабы ползут по стене к нему на пятый этаж, чем в то, что он позволил кому-то прикоснуться к своему телефону. Он упал бы на него грудью и лежал бы так до тех пор, пока бабы, устав ждать, зачем пришли, не свалили бы прочь.
-Очень хорошо, - сказала я, услышав новую порцию старой информации про баб. – По крайней мере, будет не голодный.
С того момента бабы больше не появлялись. Ну, или телефон мужа перестали без спроса брать. А я до сих пор не понимаю, что творилось в голове у этой женщины? Чего она хотела? Скандала, развода? Даже жаль было её разочаровывать.
Я очень ревнивая. Но уже давно решила для себя – если мужчина захочет изменить физически, он изменит, хоть ты будешь за ним хвостом ходить – отпросится в туалет и изменит. И, может, я категорически не права, но с возрастом перестала считать физическую измену чем-то исключительным. Плотская близость и любовь – все же разные вещи. Расставаться надо, когда окончательно уходит второе.
И не было там никаких баб!