Школа, в которой я учился со второго по восьмой класс, находилась (и стоит до сих пор) в маленьком поселке одной из центральных областей России, но довольно недалеко от Москвы. Поселок наш был центром совхоза и делился на две неравные части маленькой, но вредной речушкой, всего-то метр-два в ширину, но как водиться весной и осенью этот мелкий ручей имел обыкновение фантастически разливаться. Большая половина поселка представляла собой уже новую совхозную застройку, а меньшая (в которой и стояла школа) была (и есть) очень старой деревней, с историей, уходящей в глубь веков, как минимум до времен Ивана III. В деревне была всего одна улица, что интересно, дома стоят только по одной стороне на взгорке, и в конце улицы и располагается наша старая школа.
Приземистое одноэтажное деревянное здание со своей небольшой «инфраструктурой» - отдельно стоящее здание спортзала, двухэтажный деревянный флигель (там проводились некоторые пионерские и летние мероприятия и был склад) и кочегарка – там все время моей учебы трудился вечно не просыхающий кочегар по прозвищу Аяй, класса до третьего я был искренне убежден, что он там и живет. Небольшое футбольное поле, крохотный скверик с вековыми липами… И старый школьный сад, с огородом. Небольшой, соток максимум на 40.
Сад был довольно запущенный, да и огород немудрящий, так как наш прибухивающий трудовик был мастером столярно-плотницкого ремесла и прохладно относился к садово-огородным работам на своих уроках. В саду росли только яблони (без изысков, антоновка, анис, еще что-то) и терновник. Вот терновник возле школы, это прямо «беда», не очень удобная культура. Дело в том, что созревал он как раз к сентябрю, все его лопали в несметных количествах и весь сентябрь школьные коридоры и классы были усыпаны ягодными косточками. То, что не съедалось, осыпалось на землю и опять притаскивалось в школу уже на ботинках школьников, в итоге сентябрь был бедой для школьных уборщиц и дежурных.
Огород мы на уроках труда как водиться вскапывали, потом сажали и ухаживали за самыми простыми культурами – лук, капуста, морковь, так по мелочи… Но вот, что интересно, только сейчас, когда готовился писать неожиданно пришла в голову мысль, никогда об этом после школы не задумывался – а куда же девался урожай с огорода и те же яблоки? Рвать яблочки, кстати, запрещалось в отличии от терновника. Дело в том, что столовой в нашей маленькой школе не было. В начале нулевых, когда я уже сам работал учителем также в сельской школе, урожай с нашего огорода не только рачительно выращивался, но и сдавался в школьную столовую, и подавался далее детям на стол, приварок, конечно, крохотный, но куда все девалось уже ясно.
А в моем детстве у нас был только буфет – крохотная каморка откуда нам по демократическим ценам отпускали чай, компот из сухофруктов и бутерброды в основном. Но где же капуста, морковь и яблоки, коли и компот нам давали только из сухофруктов? Думать, впрочем, много не пришлось – очевидно, что наш немудрящий урожай шел на «методический материал» для девочек на уроках их труда, и ими же утаскивался потом домой в обработанном виде, без всякой дележки с нами – тружениками.