Надо мной небеса неестественно темного цвета,
Я от мира шла стороной, я плевала на все запреты.
Чтобы только смотреть, рисовать это все и слушать.
Пострашней, чем у Гоголя, я взирала на мертвые души.
Надо мной небеса неестественно темного цвета,
Я от мира шла стороной, я плевала на все запреты.
Чтобы только смотреть, рисовать это все и слушать.
Пострашней, чем у Гоголя, я взирала на мертвые души.
Я платила частицей, я посмела распоряжаться,
Бог прости, рассчитаюсь на этой станции.
Почему когда я погибала, а потом воскресала ради... ?
Меня обвиняли в любви, те, кто ее растратил.. кстати.
Твое имя - как крест, до конца как молитву и как проклятье,
Перед Господом прямо сложу, перед всей Его ангельской ратью.
Я его берегу под сердцем, да получше чем херувимы - небесные семь печатей,
Я от этого не отрекусь, даже в самый ненастный час на закате.
Только вновь небеса неестественно темного цвета,
Я еще не закончила, заражаясь слепящим… но серым бредом.