Восемнадцатая часть. Вы все врете! - Юля попыталась схватить врача за халат. - Где моя дочь?
Полгода спустя...
Сокамерницы замерли, когда отворилась массивная железная дверь и порог переступила Юля Климова.
- Ну что? - первой не выдержала Полинка. - Что сказали? Опять отказ? Не томи!
Климова вяло привалилась спиной к двери и, тяжело вздохнув, радостно воскликнула:
- Удовлетворили! Свобода!
- Ура-а-а-а! - в унисон закричали сокамерницы и принялись обнимать Юлю.
- Харе орать! - надзирательница с внешней стороны стукнула по двери дубинкой. - Ишь ты...голос подали...
- Ну ты молодец! Через 10 дней на волю? - похлопала по плечу Климову Тайка. - Ты, конечно, с характером, но мне нравилась.
- Спасибо, - улыбнулась Юля, которая с первого дня боялась эту большую женщину.
*****
Алина недовольно поглядывала на маленькую девочку, сладко спавшую в кроватке.
- Я не смогу воспитывать чужого ребенка, теть Люда...
Судья Громова с осуждением покосилась на девушку:
- Так, ты сына моего вернуть хочешь или нет? Я между прочим все это только ради вашего счастья сделала.
- Да он все равно не поверит, что эту девочку родила я, - возразила Алина, плюхнувшись на кровать. - По срокам не пройдет...
- Уже поверил, - шепотом ответила женщина, на цыпочках приблизившись к спавшему ребенку. - И по срокам переживать нечего. Я уже об этом позаботилась.
- Я даже не знаю, как обращаться с этим дитем...и пеленки эти, подгузники - это все не мое, - оглядев свои наманикюренные ногти, сухо произнесла Алина.
- За полгода научишься. Ничего сложного тут нет, - Громова осторожно поправила балдахин над детской кроваткой.
Было видно, что она очень боялась разбудить маленький комочек, спавший в ней.
- Зря вы Егора в армию упекли, - вздохнула Алина. - Можно было и без этого обойтись.
- Можно? Как? Если он жениться собирался на этой зэчке. Другого выхода у меня не было. Зато теперь он ни о ней, ни о ребенке он точно не вспомнит.
- С чего это? - хмыкнула девушка.
- Потому что я позаботилась и об этом, пока ты по салонам ходишь, как будто больше дел нет, - фыркнула женщина.
В ее голосе слышалось недовольство и явное осуждение.
- И благодаря мне, Егор вернется к тебе и к моей внучке, - с благоговением произнесла судья Громова. - Я тебе все на блюдечке с голубой каемочкой преподнесла, тебе остается только все принять.
Монолог женщины был прерван телефонным звонком. Громова взяла трубку и молча выслушала говорившего.
- Пусть выходит. Для меня она больше не опасна!
Алина покосилась на будущую свекровь. Та явно слишком много на себя брала, решая чужие судьбы.
Продолжение следует...