Из множества его прозвищ прижилось именно это. Жабьим его назвали потому, что, поросшая зелёным мхом, скала-камень была очень похожа на огромную черно-зеленую пучеглазую жабу. Этот природный монумент, часть горы, возвышался над ней, ведущей из города к горным селениям. Снизу, из города, камень-глыба хорошо был виден днем простодушной улыбающейся жабой на фоне лазурного неба, ночью мистическим существом, причудливо изменяющим контуры горы на лике восходящей луны. Деревенские люди, пасшие стада овец на горе, смотрели на Жабий камень сверху и потому немного свысока, городские снизу, и с легкой ухмылкой. И у тех и других, а также у влюбленных и лунатиков вольно или невольно была связана с этой гранитной глыбой частица жизни: встреча, свидание или посиделки. Никто не замечал и не думал об этом камне всерьез, как не замечают родинку на своем теле, пока однажды в город не приехали два друга, знаменитый скульптор и инженер, создающий прекрасные фонтаны. Сидя под луной на балконе старой гости