Реальная история из жизни. Имена изменены.
В третьем часу ночи 31 декабря Даяна, засекла интервалы между схватками и решила, что пора ехать в роддом. Это были третьи её роды и всё шло как под копирку.
В семь утра, уже в палате, отошли воды. Роженица, заглянув в ординаторскую, сообщила об этом дежурному врачу. Та достаточно грубо ответила: "Ну и что?! Идите в палату! Не видите, я тут пишу! Скоро следующая смена заступит..."
С 3 -х часов ночи, когда женщина поднялась из приемного покоя, и до 10-ти утра, ни разу ни один врач к ней не подошёл. В 10.00 заглянула гинеколог из новой смены и безо всякого осмотра, показала на Даяну рукой:
- Её в патологию. Завтра будет рожать.
- Как завтра! У меня в семь утра воды отошли.
Явно эту информацию при пересменке не посчитали нужным передавать.
Доктор пригласила женщину в смотровую и убедившись, что воды действительно отошли, отправила назад в палату.
Опытная мама справлялась со схватками. Но по опыту предыдущих родов знала, что у нее проблемы с раскрытием. Когда рожала первых двоих детей, женщину постоянно осматривали и в какой-то момент ставили капельницу для стимуляции.
Несколько раз роженица, нигде не найдя врачей, сообщала об этом постовой акушерке, просила посмотреть раскрытие, но никакой реакции не последовало. Схватки усиливались, врачи в поле зрения не появлялись. В палату привели ещё двух женщин, у которых отошли воды.
И вдруг, в 18 часов к измученной сильными схватками женщине подошли два доктора (как выяснилось позже, гинеколог и анестезиолог), дали подписать какие-то бумаги и, ни о чем не спросив, поставил укол в спину. Оказалось, что бумаги - это согласие на кесарево. Вот так без осмотра... без объяснений...
У Даяны от укола отнялись ноги. Это была местная анестезия. Лёжа на операционном столе женщина пыталась справиться с паникой и старалась не поймать взглядом отражение разрезанного живота в зеркальном поле хирургического светильника...
В какой-то момент операции, заглянула медсестра, напомнить, что в палате еще две роженицы безводные. На что анестезиолог, не стесняясь пациентки, сказал оперирующим коллегам: "Девчонки, да хватит уже! Новый год, блин. И так по 27 тысяч заработали уже. Пусть сами рожают."
Рассказывая мне сейчас, по прошествии шести лет, эту историю, Даяна плачет:
- Я в тот момент ощущала себя не матерью, а каким-то куском мяса, из которого надо вытащить ребенка. Когда показали сына и поздравили, у меня даже радоваться не было сил. Не было того ощущения счастья, которое испытала при рождении первых сына и дочери...
После операции женщину привезли на каталке, которая сантиметров на пятьдесят была выше кровати и швырнули как мешок с песком, не озаботившись даже положением тела. Не чувствуя онемевших от наркоза ног, Даяна с трудом подвинулась, чтобы уложить голову на подушку.
- Пока я лежала в стационаре с 1 по 7 января, не было сделано ни одной перевязки. Шов не заживал. Уже на амбулаторном приеме получила выговор от акушерки в перевязочной, по поводу того, что не обрабатывала шов левомеколем. А мне его кто-нибудь назначал?
По сравнению с тем, что женщине, судя по всему, без медицинских показаний сделали кесарево и с тем, какое, в принципе, отношение к роженицам в нашем роддоме, досадной мелочью кажется антисанитария, отсутствие уборки, полная ванна использованных прокладок, которые уже не помещаются в мусорку, стоящая по щиколотку вода на полу в туалете.
Пока Даяна рассказывала мне эту печальную историю, зашла ещё одна наша приятельница и предложила написать не менее "интересный" рассказ про то, как в этом же роддоме появилась на свет её внучка.
Если вам интересно прочитать ещё одну статью про наш роддом, напишите в комментариях.