После написания статьи об эволюции, которая имела целью просто объяснить, что эволюция – это не теория, а явление, под ней было написано множество комментариев. Они показали, среди прочего, что люди считают эволюцию научным заблуждением, приводя расхожие в среде антиэволюционистов доводы. Конечно, можно было отправить оппонентов самим читать научно-популярную литературу, где приводятся многочисленные доказательства существования эволюции, но, как мне кажется, такое осилит не каждый - скучно, нудно, а опровергать официальную науку куда интереснее.
Такое неверие в первую очередь связано с недостатком информации. Люди не понимают, с чего ученые решили так, а не эдак, почему вроде бы теоретические выкладки признаны свершившимся фактом. Думается мне, чтобы перейти из стана антиэволюционистов на Светлую сторону, нужно посвятить этому всю жизнь: стать ученым, ставить эксперименты, знакомиться с научной литературой, писать диссертации и книги, участвовать в конференциях, раскопках, экспедициях. На всё это нужна еще одна жизнь, а она, как мы знаем, у нас в единственном числе.
Поэтому назрело острое желание опровергнуть эти доводы, не прибегая к заумным фразам, а используя только «подручный материал»: общий для всех нас житейский опыт, школьные знания, факты, которые мы знаем интуитивно, логику и здравый смысл.
Конечно, это не означает, что после прочтения данной статьи ряды антиэволюционистов сильно поредеют, но ведь попытка – не пытка, ведь так?)))
Эволюция противоречит второму началу термодинамики
Научно подкованные антиэволюционисты любят упоминать этот факт, как самый весомый довод против эволюционного процесса. Но при этом из их внимания ускользает один очень важный момент.
Термодинамика как наука появилась на фоне изучения паровых машин. Ученые пытались понять, как повысить их эффективность, то есть их коэффициент полезного действия. Физик Сади Карно после долгих размышлений пришел к выводу, что любая тепловая машина, по большому счету, состоит из нагревателя, где рабочее тело – например, вода в паровом котле - нагревается и толкает поршень, и холодильника, где вода охлаждается, чтобы повторить весь цикл заново. КПД такой машины будет зависеть только от разницы между температурами нагревателя и холодильника.
Проблема состояла в том, что нагретая вода никогда не остывает до первоначального минимума, то есть часть теплоты она унесет с собой, не превратив её в работу. Таким образом, любая тепловая машина (двигатель внутреннего сгорания в том числе) не сможет обеспечить эффективность в 100%, для этого холодильник должен быть с температурой -273,15 0С, то есть абсолютного нуля, что в принципе недостижимо.
Вот эта «неуловимая» часть тепла и получила название «энтропия». Со временем понятие энтропии начали использовать для описания любой системы, говоря о том, что во вселенной идеала не достичь, как не пытайся. Вывели даже закон: в любой замкнутой системе энтропия либо остается на одном уровне, либо увеличивается. Но уменьшаться она не может.
Казалось бы, эволюция противоречит этому закону: вместо рассеивания энергии она собирает её в одном месте, вместо упрощения происходит усложнение, вместо разрушения – созидание.
Но любой организм не является замкнутой системой, как не является ею и Земля. Мы получаем энергию от Солнца, растения – напрямую, все остальные – опосредованно, поедая растения либо тех, кто ест растения. Всё на нашей планете преобразует энергию Солнца, даже нефть и уголь – это запечатанный вариант солнечной энергии. Таким образом, энтропия на Земле может уменьшаться, ведь она, как и её биосфера, не является замкнутой системой.
Но не стоит паниковать: законы физики по-прежнему работают. Как говорил Михаил Ломоносов «если откуда-то убыло, то значит где-то прибыло». Систему Солнце-Земля можно считать изолированной, и именно на нашем светиле энтропия увеличивается, а на планете - понижается.
Клетка слишком сложна, чтобы смогла появиться сама по себе
Как говорилось в одной известной цитате: «Вероятность того, что клетка появилась сам по себе равна вероятности того, что налетевший торнадо на свалке из запчастей соберет самолет Боинг». Справедливости ради нужно отметить, что автор цитаты прав: клетка имеет слишком сложную структуру, чтобы появиться из ниоткуда. Так в чем дело?
Возьмите в руки смартфон и посмотрите на него. Только вдумайтесь, сколь сложен этот гаджет: экран, связь, аккумулятор, микросхемы, программы, технология интернет, Wi-Fi, камера… Можно ли предположить, что его могли создать с нуля, просто взять и собрать без подготовки?
Каждая из составляющих смартфона (да и любого другого современного гаджета) имеет богатую историю. Чтобы сделать первую фотографию, человеку пришлось изучить законы оптики и химии, изобрести стекло, методы полировки линз, а первые камеры-обскуры были известны еще в древнюю эпоху. Постепенно, с развитием науки, фотография сперва обрела теоретическую основу, а затем свое физическое воплощение. Первые фотографические аппараты требовали, чтобы человек сидел перед ними продолжительное время, а постепенное усовершенствование технологий и материалов позволило в конечном счете прийти к цифровой фотографии и к моментальному запечатлению изображения. На этом пути было множество неудачных экземпляров, были смешные и нелепые, были тупиковые варианты. То есть с фотоаппаратами происходила эволюция.
Подобное можно сказать и о сенсорном дисплее, аккумуляторе, программном обеспечении, микросхемах, сотовой связи и о многом другом, что есть в вашем смартфоне. Все эти компоненты сотового телефона развивались независимо друг от друга, становясь всё меньше и совершеннее, пока кому-то в голову не пришло объединить их вместе. Но даже их объединение происходило не сразу, а постепенно. Ведь первые сотовые телефоны не обладали тем набором функций, что есть у них сейчас. Эволюция не остановилась на одном результате, она продолжила свою работу.
Одному Богу известно, сколько неудачных аппаратов и гаджетов было выпущено производителями за эти годы, сколько неудачных технологических решений и откровенной глупости совершали конструкторы и инженеры. Кто еще помнит WAP-интернет, раскладушки, слайдеры, физическую QWERTY-клавиатуру на телефоне? Все эти модели перестали существовать – прямо естественный отбор, не так ли?
Приблизительно то же самое можно сказать и о живой клетке. Она не появилась сразу, ей предшествовала долгая работа эволюции, которая шла несколькими путями, развивая все составляющие клетки по отдельности. Даже после этого клетка продолжала эволюционировать, постепенно превращаясь в то, что мы имеем сейчас. К сожалению, палеонтологическая летопись не сохранила неудавшиеся и тупиковые экземпляры – кто знает, какими они были и как работали?
Жизнь не могла возникнуть сама по себе
Строительными кирпичиками жизни являются не только белки, но и многие другие вещества: сахара, липиды, нуклеотиды… . Вероятность самопроизвольного возникновения таких сложных веществ из неживой материи ставится под сомнение антиэволюционистами.
Первым шагом в деле развенчания этого мифа стал эксперимент, проведенный в 1953 году учеными Стэнли Миллером и Гарольдом Юри. Они взяли стеклянную колбу, закачали туда смесь газов, из которых, по их мнению, состояла атмосфера древней Земли, запечатали её, и начали пропускать через неё электрические разряды (заменив молнии, которые, тогда бушевали), подогревая смесь. Через две недели эксперимента они смогли получить аминокислоты и некоторые другие «кирпичики жизни». Таким образом, было доказано, что органика может появиться из неживой природы.
Но это не единственный эксперимент. Ученые начали усложнять его, добавляя всё новые исходные вещества (цианиды, формальдегид и другие) и получая на выходе сложные органические молекулы вплоть до четырех типов нуклеотидов, из которых состоит ДНК. Помимо этого, были проведены эксперименты по формированию РНК-цепочек длиной до 100 нуклеотидов.
Смысл всего вышесказанного один: жизнь МОЖЕТ возникнуть сама по себе, для этого достаточно тех условий, которые были на Земле в ту древнюю эпоху. Другой вопрос, хватило ли на это времени. Сами эксперименты ученых шли на протяжении максимум нескольких недель, что по геологическим меркам можно приравнять к долям мгновения. А у природы в запасе был как минимум миллиард лет. Много ли это? Посудите сами: если бы вы складывали листы офисной бумаги в стопку со скоростью один лист в столетие, то через миллиард лет у вас получилась бы «башенка» высотой в километр - мы даже небоскребы такой высоты еще не строим.
Почему мы не видим, как появляются новые виды
Любая система (закрытая или открытая) стремится к установлению равновесия. Все мы проходили в школе химию и изучали обратимые реакции. Как все вы, должно быть, помните, чтобы сместить реакцию в ту или иную сторону, необходимо изменить один из параметров: давление, температуру или концентрацию веществ. Реакция будет идти ровно до тех пор, пока не установится равновесие и она не остановится. Чтобы её продолжить, нужно снова что-то изменить (обычно убирают продукты реакции, понижая их концентрацию).
То же самое можно сказать и о биосфере, которая представляет собой систему. В качестве параметров здесь можно рассматривать всё, что угодно: изменение климата, недостаток или избыток питания, хищники, свет, температура, погодные условия, смена места обитания и так далее.
В XIX веке в Англии с началом технической революции было построено очень много фабрик, которые непрерывно выпускали в воздух копоть. Эта копоть в виде налета оседала на деревьях, меняя их цвет на более темный. Бабочка вида «березовая пяденица» с её бело-серыми в черную крапинку крыльями становилась довольно легкой добычей для птиц, когда садилась на темные стволы березы. Однако здесь в дело вступило эволюция. Время от времени в популяции появлялись бабочки с более темными крыльями. Когда березы были еще белыми, то их быстро «вычисляли» птицы, но всё изменилось с началом научно-технического прогресса.
Бабочки с более темными крыльями стали менее заметными и стали оставлять всё большее количество потомства, а с белыми – всё меньше. Потомство с темными крыльями, в свою очередь, оставляло еще больше потомства с черным окрасом. Постепенно окрас крыльев всех березовых пядениц сменился на черный. Факт это широко известен и его легко можно проверить при желании. Недавно ученые даже провели эксперимент, в ходе которого подтвердили, что темный окрас крыльев бабочек позволяет им выживать с большей вероятностью.
Критики эволюции напирают на факт того, что бабочка всего лишь сменила окрас, а не превратилась, скажем, в стрекозу. Тут можно ответить так: как только одно из условий меняется (белых бабочек птицы съедают больше), эволюционный процесс стремится привести систему в равновесие. Для этого существуют несколько способов, и каждый из них был перепробован. То есть одновременно с бабочками с черными крыльями рождались и с красными, синими и с любыми другими (подумайте, почему их никто не видел). Но самым оптимальным было приобретение темного окраса крыльев, и именно бабочки такого цвета стали выживать больше и распространять свой геном на всю популяцию. Как только равновесие снова пришло в норму, процесс эволюции прекратился. Возможно, когда березы снова посветлеют, процесс пойдет заново, но уже в обратную сторону.
Причем процесс превращения бабочек произошел не за пару лет, это заняло несколько десятков лет. Таким образом, человек воочию убедился в том, что эволюция – это очень долго.
Нет переходных форм
Если допустить, что существует процесс появления новых видов из других, то справедливо предполагать, что между ними существуют и промежуточные формы. Многие считают, что их отсутствие в палеонтологической летописи говорит против эволюции. Однако это не так.
Разберемся сначала, почему так мало костей сохранилось. Согласно подсчётам, мы знаем только о 2% видов животных, когда-либо существовавших на Земле. Остальные исчезли безвозвратно, не оставив после себя ничего.
Оно и понятно: редко могут совпасть все условия, при которых останки могут сохраниться. Для этого необходимо, чтобы их покрыла земля, глина, ил или горная порода. Постепенно молекулы в останках заменятся на молекулы породы, которые её окружают, то есть они окаменеют. Наверное, вы знаете, что даже скелеты динозавров, которые находят, сохраняются не полностью. Порой это могут быть только несколько зубов, осколок черепа или часть кости. Всё остальное сгнило и превратилось в почву. Если бы все органические остатки не гнили, то к настоящему моменты они покрыли бы всю поверхность планеты ровным слоем толщиной в несколько десятков метров!
Отсюда становится понятно, что найти абсолютно все переходные формы физически невозможно: большинство их них попросту не сохранились. Однако ученые могут проанализировать те, которые они нашли и построить модель того, как происходила эволюция того или иного животного или растения.
К примеру, змея. У самых примитивных их форм (удавов и питонов) еще сохраняется рудиментарный таз, что говорит о том, что они произошли от четвероногих предков. Исследования ДНК змей позволили выяснить, что ген, отвечающий за начало процесса образования конечностей в эмбрионе у них попросту выключен. У самых древних змей еще есть крошечные задние ноги, которые постепенно полностью исчезли у более поздних видов. Однако мы не сможем обнаружить ту самую первую змею или вид, которые можно считать змеями – скорее всего, их останки просто-напросто разрушились.
"Что вы носитесь со своей ДНК?"
Многим противникам эволюции претит сам факт наличия у нас животных предков. Кажется невероятным, что человек – весь такой умный-разумный – имел в роду обезьяноподобных пращуров. И, хотя останки австралопитеков можно легко проигнорировать, сославшись на то, что это просто очень необычные животные, с ДНК такой номер не пройдет.
Надо сказать, что теория Дарвина о естественном отборе была не слишком популярна в среде ученых до середины ХХ века. Многие его постулаты нельзя было объяснить: почему организм меняется, как наследуются различия от поколения к поколению – никто этого не знал. Но всё изменилось с открытием ДНК – «проекта», по которому строится организм. И не только строится, но и живёт: в генах заложена информация о белках, об условиях, при которых они могут создаваться, специализация клеток и даже рефлексы с инстинктами.
Но возникает сложность в понятии ДНК. Как можно предполагать, что все мы – все четыре царства животных – произошли от одного общего предка (Дарвин, кстати пришел к этому выводу, не имея на руках ДНК, а только при сопоставлении фактов и в процессе долгих размышлений)?
Давайте в качестве аналогии возьмем человеческие языки. Сейчас, чтобы изучить какой-нибудь иностранный язык, необходимо потратить несколько лет, да и то не факт, что вы сможете при этом сойти «за своего». Но когда вам говорят, что английский и русский произошли от одного языка, не кажется ли вам это смехотворным?
Во всех языках есть слова, очень похожие друг на друга и означающие одно и то же. Конечно, речь идет о родственных языках, входящих в одну группу. Например, слово «мама» звучит очень похоже и на английском, немецком, шведском и латыни – это индоевропейские языки.
Чем больше похожих слов мы найдем между двумя языками, тем позже они отделились друг от друга. На слух мы можем понять, что украинский и белорусский близки к русскому, чуть с большей натяжкой можно сказать то же самое и о польском, чешском и сербском. История полностью подтвердит наши наблюдения: все эти языки произошли от праславянского и отделялись от него постепенно, последними были украинский и белорусский.
Таким образом, можно составить своеобразное генеалогическое дерево народов, используя только их язык. Что-то похожее мы можем сказать и о ДНК. Чем более похожа она у двух видов, тем позже жил их общий предок и наоборот - бóльшие различия будут говорить о том, что общий предок жил гораздо раньше.
Если сопоставить ДНК шимпанзе и человека, то окажется, что они совпадают на 99% (из 100 нуклеотидов будет отличаться только один). Ни одно животное не стоит к нам ближе в генетическом отношении, чем шимпанзе. Это означает, что наш общий предок с ним – последний, дальше мы выделились в отдельный род людей.
Тот же банан имеет с нами сходство на 50%, то есть когда-то мы имели общего предка с растениями, после чего наши пути разошлись. Кишечная палочка имеет ДНК, схожую с нашей на 30% — это говорит о том, что бактерии отделились от общего предка растений и животных и того раньше.
Вроде всё. Статья, конечно, получилась больше обычного, но, надеюсь, осталась не менее интересной. Жду ваших комментариев о том, что я еще упустил из виду, а о чем написал слишком мало.