Лев Толстой был известен тем, что не любил историю как науку, но что он имел в виду под этим отрицанием?
Спустя 12 лет после издания романа "Война и мир" писатель пишет статью под названием "В чем смысл истории", которая частично стала эпилогом к роману.
В ней он докапывается до сути связей в обществе, природе, между людьми, народом, властью. Ставит под вопрос существование каких-либо сил.
1. Нет никаких сил свыше над историей
Нет никаких движущих сил истории, нет божественных сил, говорит Лев Толстой. Те случайные события, которые происходят в стране или мире - будь то возвышение Наполеона или его поражение - произошли не из-за того, что так хотел народ в начале правления французского предводителя и не из-за того, что так не хотел народ в конце правления Наполеона. Не из-за того, что на стороне захватчика была несправедливость. Все эти события произошли из-за случайных стечений обстоятельств.
Позднее историки 21 века то же самое скажут и о русской революции 1917 года, и о приходе к власти Ленина. Он не был избранным, скажут историки, не родился под какой-то звездой. Совпадение случайностей помогло ему победить в борьбе с эсерами и Временным правительством. Но Лев Толстой был одним из первых людей, кто озвучил такие мысли. Он был прогрессивным мыслителем своего времени, который смог отречься от стереотипов и закостенелых взглядов, чем привел в ужас окружающих.
В этой же статье Лев Толстой пишет, что власть не от Бога. Божественная сила есть, писатель не отрицает Бога, но он не считает, что эта сила отвечает за выбор правителей и предводителей. Она существует вне этих категорий. Точно так же нет силы, которая движет одну нацию в одну сторону, а другую - в другую.
Все это могло бы быть интересно, если бы мы признавали божественную власть, основанную на самой себе и всегда одинаковую, управляющею своими народами через Наполеонов, Людовиков и писателей; но власти этой мы не признаем, и потому, прежде чем говорить о Наполеонах, Людовиках и писателях, надо показать существующую связь между этими лицами и движением народов.
2. Чтобы писать историю, нужно писать историю всех людей без исключения,
докапываться до бесконечно обширной правды.
Но как скоро историки различных национальностей и воззрений начинают описывать одно и то же событие, то ответы, ими даваемые, тотчас же теряют весь смысл, ибо сила эта понимается каждым из них не только различно, но часто совершенно противоположно.
Так, уже спустя месяц после битвы все события искажаются и подается единая версия случившегося, которая сильно отличается от первоначальных рассказов очевидцев. Лев Толстой приводит в пример сражения в Крымскую войну. Он сам был участником этой войны. Сразу после битв он получил богатый правдивый и обширный материал от очевидцев, но из-за неопытности не подумал, что его нужно сохранить. И вот уже через месяц те же люди преподносили совсем другую - единую версию событий. Ту версию, которую озвучивали официально. Люди стали быстро забывать, как было на самом деле.
И чем дальше от момента событий – тем будет хуже. По этой причине нет никакого смысла верить новым историческим книгам.
Таким образом, Лев Толстой призывает ставить под сомнение историю как науку, указывая на недостатки.
3. Волю народа никто не изъявляет
Если цель истории есть описание движения человечества и народов, то первый вопрос, без ответа на который все остальное непонятно, — следующий: какая сила движет народами?
Нет предводителей, которые изъявляют волю народа. Свою волю народ может изъявить только сам, но для этого придется опрашивать бесконечное количество людей. Таким образом, в этих высказываниях можно уловить отголоски будущей системы голосования. С другой стороны, мне видится, что писатель хотел выразить мысль о том, что невозможно выявить волю народа в принципе. Во-первых, людей слишком много. Во-вторых, у всех у них будут разные взгляды.
Движение народов производят не власть, не умственная деятельность, даже не соединение того и другого, как то думали историки, но деятельность всех людей, принимающих участие в событии и соединяющихся всегда так, что те, которые принимают наибольшее прямое участие в событии, принимают на себя наименьшую ответственность; и наоборот.
4. Нет смысла писать историю отдельных лиц
Лев Толстой так же замечает, что нет смысла писать историю за счет описания жизней отдельных лиц, правителей, народных героев. Такой подход не отразит реальной картины.
До тех пор, пока пишутся истории отдельных лиц, — будь они Кесари, Александры или Лютеры и Вольтеры, а не история всех, без одного исключения всехлюдей, принимающих участие в событии, — нет никакой возможности описывать движение человечества без понятия о силе, заставляющей людей направлять свою деятельность к одной цели.
5. Толстой не отрицает монархию, но объясняет бессмыслие монархического устройства
Писатель пишет очень смелые для своего времени вещи. Он сравнивает почитание царей с почитанием детей капитанов. Доверите ли вы сыну капитана управление судном только потому, что он сын капитана, несмотря на то, что он не имеет ни знаний, ни опыта управлением судном, а главное, не обладает талантами отца? Эта идея покажется смешной любому человеку. Так почему идея о том, чтобы вручить страну в руки молодого юноши без талантов и опыта управления не кажется никому смешной?
Лев Толстой также указывает на то, что царям получается управлять страной, не изобличая сразу себя как неспособных и ничего не разумеющих благодаря "нянькам". Под няньками он подразумевает министров.
6. Лев Толстой больше всего проходится по министрам
На них направлена самая жесткая критика писателя. Он считает, что в министры идут самые хитрые и лживые люди, которые мечтают о мздоимстве и нечестном заработке. Так почему люди должен позволять им управлять страной, спрашивает писатель? Почему эти самые люди принимают решения, начиная с решений относительно учебной программы для детей, в том числе детей писателя, заканчивая особенно тяжкими решениями относительно войн?
7. Смогут ли люди жить без государства?
Лев Толстой, как и в романе "Воскресение", приходит к мысли о том, что люди могут жить без государственного устройства. Спустя сто сорок лет технологии так изменили нашу жизнь, что, наверное, никто не согласится с этой идеей писателя. Мы очень зависим от технологий и органов власти.
Как вы считаете? С какими идеями писателя согласны?