Сначала - история из жизни. Немножко утрировано, схематично, но честно, все как рассказал встреченный мной нынче на реке ихтиолог. Вспомнил вот - в ответ на трагичный комментарий читателя – здесь.
В 50-е в неких местах организовали ихтиологический заказник, поставили два кордона, завезли четыре балка, поставили по сараю, набили сараи техникой и топливом, посадили четырех инспекторов.
Через 5 лет пропал таймень, и начались потери в соседнем колхозе, потому что рыбу стало негде ловить. Сократились места лова. А в самый период лова сиг дружно нырял в заказник.
Для ловли рыбы реорганизовали заказник в комплексный, который охраняет ландшафт (понимайте, как знаете). Лόвлю сига обосновали регулированием популяции, потому что после уничтожения тайменя сиг расслабился.
Стали рыбачить, начав, кажется, с 50 тн. в год, через 20 лет уловы составили 3 тн. в год. Начали разбираться — вынесли вердикт, что виноват лов. Реорганизовали заказник снова в ихтиологический, но с возможностью ловить рыбу после восстановления популяции, а квоты снизили до пресловутых 3 тн.
Через 10 лет случайно выяснили, бродя по базару в соседнем городке, что на ярмарке продается те же 50 тн. сигов — откуда бы, а вот же — из заказника. То есть упали не уловы, а появилась возможность толкнуть рыбу на сторону за трояк, тогда как сдавалась она по 10 копеек. Исследователи оценивали динамику сданного, а не выловленного сига. Бывает.
Еще через 10 лет, уже при капитализме (ха) хитрый депутат, он же лесничий, он же глава поселка по жене, он же лесоруб и бизнесмен на торговле едой - по детям. И на северном завозе, конечно, потому что депутат. Ну и на туризме, до кучи, потому что рыбак. Нашел лазейку в положении о заказнике (вроде как не тот орган его утвердил) и построил на нем свой кордон. Посадил своих людей и стал туда возить туриста. Типа отдохнуть. Посмотреть. Подышать. На гору залезть. Как раз у государства неожиданно кончились деньги на охрану заказника. И старых охранников распустили.
А поскольку наш многостаночник был еще и депутат, было принято решение вложить бюджетные бабки в восстановление тайменя. Хотя таймень и сам откуда-то пришел, сразу после того, как его потеряли, двадцать лет как. Это такая рыба, что возникает ниоткуда и молотит все подряд. Откуда пришел таймень - как дети ни скажут после природоведения — икру утки на ногах перенесли через хребты.
Но затея затеяна, деньги выделены — поставлены плавучие инкубаторы, доился дикий таймень, даже дикий хариус, которого таймень загоняет чуть не на деревья, если они в одной реке живут. Даже малек выводился, по крайней мере — отчитывались в прессе, что выпускали.
Туриста в то же время повезли на дикого тайменя — стало модно и разрешено — популяция-то восстанавливалась мальком. И дикого тайменя снова выбили, лет за пять. Остались таймешата, самые крупные попадались см. на 60-70, которых, впрочем, отлично регулировала щука, как и выращенного малька.
К чему была рассказана эта суетливая история: эпоха бездумного заповедования и заказывания всего подряд: мест, лесов, рек, урочищ и видов не приводит к декларируемым целям. Опасаюсь, что - никогда. Приводит всегда к чему-то противоположному.
Исследуем, предположим - почему.
Пример первый: таймень первый раз пропал, потому что на входе в заказник сидело 4 рыбака со всеми их родственниками, круглый год, на окладе, со скукой, возможностями и без надзора.
После пропажи тайменя выросла популяция сиговых до промысловых размеров. Благо выжить они могут и на растительной пище. Ранее при проходе сига на нерест таймени лежали в яме и просто пропускали их через открытую пасть . Неживых и не переваренных сигов тут же выпуская с другой стороны. А ниже ямы река кипела от остановившихся в опаске рыб.
Затем колхозы и рыбо-заводики стали ловить сиговых. Но — лишь до появившейся возможность продать рыбу на сторону. Потому организации и лишились сырья, обеспечивающего их рентабельность. Почему кордоны не сработали и не остановили поток рыбы в 50 тн.? (не так это и много). Так круговая порука — тайга же. Веками выживали только благодаря этой самой поруке — когда друг другу все помогают, а власть считается врагом. Не вчера это повелось — при царях еще было заведено. Ловить и карать крестьян государевым псам. Исторически сложилась несправедливость, теперь еще и дополненная бестолковостью.
Что делать: запреты лова рыбы и охоты на зверя это, пожалуй, самое э…, неумное вредительское и варварское решение, которое только можно придумать.
Не буду говорить про убийство милосердием. Когда популяция гибнет от бескормицы, сначала гибнут сильные, а выживают непременно слабые. Где же тут милосердие.
Если хотите сохранить популяции, надо, господа-товарищи сохранять неизменной среду и всеми силами сохранять историческую нагрузку на популяции от рыбалки и охоты.
Любыми силами и средствами поддерживать присутствие людей в тайге, на реке, а регулировать только сбыт, коль не можете без насилия — выдуманного для регулирования.
Почему: потому что популяции - организм живой, и если они выжили тысячи лет под прессом охоты/ рыбалки, они нуждаются в этом прессе для здоровья и процветания самих популяций.
Пример — белые мишки, которые уже в 80-х полюбили людей и помойки, и это результат охраны и выживания слабейших.
Пример - волки, которых не охраняют, но они размножаются, оттого, что люди (конкуренты) в лесу отсутствуют*.
Пример - критическое снижение численности соболя и крайняя подвижность популяции, оттого, что на него теперь не охотятся. Вот и болтается зверек за леммингом, мышью и птицей. Погибая в пути. А выживает стационарный — самый слабый. И хорошо, что выжившие в основном - самки, как задел для роста популяции.
Пример - эпизоотии у ушастых.
Пример - песец, который вообще никуда сейчас не годен и потому подъедает птицу, начиная с трясогузок и ржанок и заканчивая гусем и лебедем, колониальных птиц не трогая, понятно - сами знаете почему. И так далее.
На закономерный вопрос зеленых и охотников — где дичь и рыба? Ответ прост - отсутствуют они как раз по причине запретов, необдуманных заповеданий и красно-книжничества. Совершенно невменяемого, необоснованного и абы-какого.
Среду надо сохранять и, повторюсь, нагрузку на популяции - тогда сохраняться они, под нагрузкой, жизнеспособные. Сохранятся зверьки шустрые, крупные, красивые, хитрые и опытные, обводящего человека вокруг пальца на раз-два. Почему обводящие — потому что каждый охотник - начинающий — кратка жизнь охотника. А каждая дичь богатеет опытом — инстинктивна дичь. И те инстинкты копятся у выживших и передаются потомкам.
И есть еще одно большое но — когда всевозможные «заповедные люди» начинают нести пургу о защите и охране, имейте ввиду, что речь все о том-же ограничении допуска к дичи и рыбе, крӳгом этих и некоторых других людей, а не о каких-то благородных целях. Оттого и все заповедания — крайне сомнительны. И желательна их эволюция.
(*- волк, кстати, заменить человека не может, как нас ни лечат ортодоксальные зеленые, поскольку эти качели численности хищника-жертвы были бы хороши если бы человек не выжил на Земле вовсе. А коль скоро случилась такая неприятность в природе и человек выжил — он и должен жить в природе. Если бы разум человека имел бы медведь, он бы нас не пожалел. Это природа. А зеленым сумасшедшим надо просто расслабится — вас в лес никто не зовет учить журавлей летать. Сидите себе, ненавидьте кого-нибудь и уважайте друг друга, пжлста)