Часть 12
- Открывай, падлюка! – стучала в окно хаты Трофимовых Маша. – Выхо́дь! Злыдня соседская!
- Чаво зашлася? – открыла окно Стешка, протирая глаза. – Ночь на дворе. Спим мы…
- Спишь, значится… - Мария отошла от окна и сложила руки на груди. – Выхо́дь, говорю, разговор есть!
Радостная Степанида спросонья подумала было, что Манька что-то прознала о своём мужике, и, накидывая фуфайку, поскакала на улицу, словно молоденькая козочка на выгул в поле.
Мария ждала распутницу, сидя на завалинке.
- Ну-ну, чаво надыбала? С кем он кувыркалси? – аж в горле пересохло, насколько распирало любопытство Трофимову. Задавала вопросы хриплым голосом.
Присела рядышком, освободив правое ухо от платка для сладких речей.
- Скажи-ка мне, Стеша, куды ты бегала, когда я в плохом самочувствии попёрлася до хаты? – Маша скривила рот, зная о проделках соседки.
- Куды-куды, - Трофимова посмотрела на Марию с укором. – Мужика твоего предупредить, шоб он поторопился до дому, мало ли шо…
Мария опешила. И предъявить нечего, вроде как Степанида прибегала к Ивану ради её же благополучия.
- Мне Ванька сказал, шо ты на него виды имеешь… - Маша встала перед соседкой.
- На шо он мне? Ванька твой… – резко поднялась Стеша. – Смотреть не на что… Зенками своими зыркает, словно чёрт с рогами… Зад свой прикрываить, а ты и поверила… Эх, Манька, глупая ты… Он ночами по хутору швыркает, а ты ухом не ведёшь…
- Ты лучше мне скажи, разузнала, с кем Порфирий был, аль не? – сменила тему Маня.
- Не было там никого… - запнулась Стеша, отвернув голову в сторону.
- Как это? Ты шо? Я ж сама слыхала…
- Ничё ты не слыхала, показалось тебе…
- Ах, вон оно шо… своего неверного прикрываешь, а на моего помои льёшь! – Мария поставила руки на бока и выпятила грудь.
- Порфирий ни в чём не повинен, а Ванька твой - кобелюка, каких свет не видывал… юбки не пропускаить, лишь бы своё кобелиное нутро грехом позабавить… И Вовка ваш вырастить такой же, как и батька евоный. Того и гляди, Нюська подоло́м закру́тить… Какой отец, такие и отпрыски…
Зря Степанида приплела детей в разговор, чем и зацепила соседку за живое.
- Вовка с Нюськой? – опустила руки Маша. – Вовка, как батька, а Нюська – подоло́м?
Мария схватила Стешу за правое ухо, которое выглядывало из-под платка, и потянула вниз. Стеша во всё горло закричала от боли, схватилась за руку соседки. Второй рукой Грищенко стянула платок с головы женщины и вцепилась в волосы мёртвой хваткой.
- Сорочий твой язык! Детёв моих оговаривать? Я тебе сейчас все патлы повыдергаю, будешь, как твой Порфирий, плешью светить…
- А-а-а, караул! – закричала Степанида, пытаясь освободиться от цепких рук Мани. – Отпусти! Люди, помогите, убивають!
На крики выбежал Порфирий в одной длинной рубахе и без штанов, только успел на ходу сапоги натянуть. Не понимая, что происходит, схватил жену и начал оттаскивать от Грищенко.
- Бабы, угомонитесь! – повторял мужчина. – Ночь на дворе! Разбудили, треклятые, а мне спозаранку Галочке забор поправлять!
Женщины резко затихли. Маша отпустила Стешку и уставилась на соседа. Поправив волосы, Степанида развернулась и исподлобья посмотрела на мужа.
- Чё? Какой-такой Галочке? – пошла в наступление Стеша.
- А? – Порфирий тут же потерял слух и попятился назад.
Мария стояла как вкопанная, переводила взгляд то на соседку, то на её мужа.
- Я говорю… - нужно было что-то срочно выдумать, и Порфирий, схватившись за дверную ручку, сказал. – Оградку, говорю, мамочке…
- Шо? Оградку? – медленно подходила Стеша к мужу. – Ты ж к ней несколько лет не ходишь! Я щас покажу тебе оградку!
Порфирий скрылся за дверью, Стешка побежала за ним, выкрикивая угрозы.
Навигация канала здесь