Когда вскоре после начала Великой войны часть сил британского подводного флота начала передислоцироваться на Балтику, российские военные специалисты получили возможность детально ознакомиться с новейшими образцами субмарин своих союзников. При этом вполне закономерно возникали сравнения с достижениями отечественного подводного кораблестроения, а выводы по этим сравнениям попадали на страницы различных документов и затем внимательно изучались.
Докладная записка, текст которой цитируется ниже, была составлена 5 ноября 1914 года российским морским офицером, старшим лейтенантом Сергеем Кукелем-Краевским, который в тот период времени занимал должность наблюдающего за ремонтом базировавшихся в Либаве британских субмарин. Основное внимание автор уделяет сравнению подводных лодок типа "E" с российскими типа "Барс", создававшимися по проекту знаменитого инженера Ивана Бубнова. Стоит заметить, что в конце 1914 года ни одна из лодок типа "Барс" еще не была введена в боевой состав флота, и об их реальных достоинствах и недостатках можно было судить лишь приблизительно. Возможно, именно поэтому Кукель-Краевский приходит к заключению об однозначном превосходстве российских подводных кораблей перед британскими, делая акцент на таких характеристиках, как скорость, дальность плавания и количество торпедного вооружения. Однако же реальность оказалась несколько сложнее, и в дальнейшем по ходу эксплуатации у субмарин типа "Барс" выявились особенности, которым поначалу не уделялось большого внимания, но которые значительно снижали ценность творений Бубнова, как боевых единиц.
Да, в сравнении с британскими лодками типа "Е" российские "Барсы" имели более высокую скорость надводного хода (18 узлов против 15) и более мощное вооружение (12 торпедных аппаратов против 4 или 5). Но это лишь на первый взгляд. Изначально Бубнов проектировал свои подводные корабли под дизельные двигатели мощностью 1320 л.с., часть из которых была заказана в Германии. Однако после начала войны ни о каких германских поставках речи уже не шло, а собственное производство столь сложных и высокотехнологичных моторов было сопряжено с очень большими временными и финансовыми затратами, а также требовало безупречного качества изготовления. В связи с этим большая часть новых субмарин получила вовсе не 1320-сильные дизели, а либо американские мощностью 420 л.с., либо отечественные мощностью всего 250 л.с., изготовленные на Коломенском заводе. Как следствие, скорость лодок, получивших менее мощные двигатели, снизилась с проектных 18 узлов в надводном положении до 11,5 узла, то есть оказалась ниже, чем у британских субмарин.
Что же касается торпедного вооружения, то применительно к "Барсам" количество отнюдь не означало качества. Из 12 торпедных аппаратов лишь четыре были установлены внутри лодки, а еще восемь (конструкции Джевецкого) были расположены снаружи в специальных нишах. Такое решение приводило к тому, что от постоянного пребывания в морской воде торпеды приходили в негодность, зимой получали повреждения от ударов о льдины, срывались с креплений во время штормов, а сами аппараты было очень сложно обслуживать.
Но даже если бы все "Барсы" были оснащены изначально предусмотренными проектом двигателями и имели трубчатые торпедные аппараты, размещенные внутри, это никак не избавляло российские лодки от еще нескольких серьезнейших недостатков.
Самым главным из них было полное отсутствие водонепроницаемых переборок (британские субмарины типа "E" делились таковыми на три отсека), что резко отрицательно сказывалось на живучести. Любое повреждение корпуса и сильная течь создавали для лодки и ее экипажа смертельную угрозу.
Вторым большим минусом была низкая скорость перехода из надводного положения в подводное. Данный процесс занимал три минуты (вдвое больше, чем у субмарин типа "E"), а в боевых условиях в случае внезапной атаки со стороны противника именно этот параметр имел решающее значение. Более того, в силу особенностей заполнения носовой и кормовой балластных цистерн непосредственно перед погружением лодка выбрасывала два мощных фонтана воды, поднимавшихся на высоту до десяти метров. Это чрезвычайно сильно демаскировало субмарину и сразу выдавало ее местоположение в случае, если противник находился на дистанции прямой видимости.
Не вполне удовлетворительной оказалась маневренность "Барсов" - радиус и время разворота у них были значительно выше, чем у британских подводных кораблей. В довершение ко всему, из-за не самой оптимальной формы корпуса лодка при движении испытывала повышенное сопротивление воды, а боковые ниши для торпедных аппаратов Джевецкого в надводном положении начинали работать как волнорезы - по этой причине даже при небольшой скорости палубу и рубку все время окатывали потоки воды, попадавшей в открытые люки и вентиляционные шахты.
Разумеется, в ноябре 1914 года старший лейтенант Кукель-Краевский еще не мог знать обо всех перечисленных выше нюансах, поэтому отечественные лодки казались ему более совершенными, нежели британские. Но практика показала, что субмарины типа "E" все же имели превосходство над подводными кораблями конструкции Бубнова практически по всему комплексу характеристик, ярким свидетельством чему стали достигнутые ими боевые результаты.
"О преимуществах русских подводных лодок типа "Барс" перед английскими
Пришедшие к нам лодки можно считать самыми современными, они представляют последнее слово английского подводного судостроения. Даже если бы война началась годом позже, англичане не имели бы лучших лодок, потому именно с ними следует сравнивать наши строящиеся подводные лодки типа "Барс".
Данные английских лодок
Водоизмещение подводных лодок "E" над водой около 750 тонн, длина 178 футов, ширина 22,5 фута, углубление при крейсерском положении 13,5 фута. Запас плавучести под водой невелик, а именно 110 тонн, то есть 15% от надводного водоизмещения. Скорость над водой максимальная 15 узлов без зарядки аккумуляторов на ходу, и 14, если на ходу производится зарядка. Экономическая скорость над водой 12,5 узла без зарядки и 12 - при зарядке на ходу. Район надводного плавания 3200 миль экономическим ходом, запас топлива около 40 тонн, смазочного масла - около 350 пудов. Скорость под водой максимальная 9,5 узла на 1,5 часа (район 14 миль), экономическая - 3 узла на 12 часов (район 36 миль).
Вооружение у лодки "E-1" - четыре внутренних торпедных аппарата (один носовой, два траверзных и один кормовой). У лодки "Е-9" - пять внутренних аппаратов (два носовых, расположенных в горизонтальной плоскости, два бортовых траверзных и один кормовой). Хотя лодки взяли с собою запасные торпеды, но постоянных мест для них не предусмотрено. Скорость погружения из крейсерского положения - только полторы минуты, если предварительно убран парусиновый обвес на мостике (над рубкой).
Если сравнить английские лодки с нашими строящимися, то единственное преимущество первых окажется в скорости погружения. Кроме быстроты погружения, во всех остальных отношениях английские лодки значительно уступают нашим лодкам типа "Барс". В особенности это заметно на районе подводного плавания и на величине торпедного вооружения. Идея залповой стрельбы торпедами английским подводным офицерам незнакома. Они стараются подойти возможно близко к неприятелю, стреляют одной торпедой и часто неудачно.
Познакомившись в общих чертах с английскими лодками, считаю безусловно необходимым:
1) Обратить особое внимание на ускорение погружения наших подводных лодок. Насколько мне известно, многие на основании теоретических соображений считают продолжительность погружения менее трех минут недостижимой для лодок большого тоннажа. Мне кажется, что прием погружения всегда на ходу, руководствуясь при наполнении цистерн лишь положением горизонтальных рулей, разрешает все теоретические затруднения.
2) Иметь возможность перекачивать воду из носовой дифферентной цистерны в кормовую и обратно.
3) Располагать забортные отверстия возможно выше.
4) При выработке новых заданий для лодок не предъявлять слишком больших требований к надводной скорости, жертвуя ради нее надежностью механизмов. Лучше иметь побольше хотя бы 16-узловых лодок, чем строить 18-узловые лодки, для которых моторы изготавливаются в течение нескольких лет и являются чудесами техники.
5) Обратить внимание на уменьшение шума моторов.
6) Непременно снабдить все лодки лагами Уокера.
Спорные вопросы
При ознакомлении с английскими лодками возникает несколько вопросов, которые мне кажутся пока спорными:
1) Следует ли жертвовать, как это сделали англичане, подводным районом ради срока службы батарей? Мне кажется, что англичане поставили слишком тяжелые батареи на свои лодки, а мы для черноморских лодок в свое время потребовали слишком много от батарей. На лодках типа "Барс" мы, по-моему, близки к правильному решению. Для англичан район плавания слишком мал. Из разговоров с офицерами английских лодок выяснилось, что при их системе форсирования опасных зон возможны и бывали случаи, когда лодки, прорываясь в район, занятый неприятелем, уже не имеют больше энергии. Чтобы атаковать, надо лечь на дно и выждать ночь, чтобы подняться и зарядиться, за это время неприятель уйдет и лодка упустит удобный случай. Лишний год службы батарей не окупит этой потери.
2) Нужно ли нам изменять систему расположения цистерн, принятую на наших лодках типа "Барс"?
Этот вопрос может возникнуть в связи с требованием уменьшить продолжительность погружения. Мне кажется, что без существенных изменений можно и на наших лодках значительно сократить продолжительность погружения.
3) Какие следует в будущем принимать особые меры для облегчения форсирования минного заграждения? Шансов зацепить минреп у английских лодок по их наружным очертаниям меньше, чем у наших. Но если бы мы даже придали лодке такие очертания, при которых минреп будет непременно всегда скользить вдоль борта благополучно, вопрос о форсировании минного заграждения этим, по-моему, отнюдь не разрешится. Война между подводной лодкой и миной заграждения только началась, и в будущем (даже ближайшем) она станет не менее упорной, чем борьба артиллерии с броней. Если минное заграждение, за которым скрывается флот, будет иметь несколько линий, поставленных на большой глубине специально против подводных лодок, то никакие средства, облегчающие скольжение минрепа, не помогут. Форсирование минного заграждения всегда будет задачей возможной, но очень рискованной. Тут всегда останется широкое поле для изобретательности и для отваги личного состава. Предъявлять же строителю лодки требование принимать в расчет возможность форсирования минного заграждения нельзя.
Английские лодки имеют много недостатков по сравнению с нашими строящимися лодками, из коих главный - слабое торпедное вооружение. Но они несравнимо лучше наших старых лодок с изношенными механизмами, и появление их в Балтийском море, несомненно, принесет нашему флоту огромную пользу. Естественно, что при таких условиях среди офицеров флота складывается мнение, что будто бы эти лодки представляют собою идеал, которому надо подражать. Пока вопрос идет об усовершенствовании наших строящихся лодок, такая точка зрения опасна. Мы могли бы иметь и будем иметь лодки не хуже, а даже лучше английских, если бы начали строить их раньше. Но если есть возможность в течение войны построить или купить большие подводные лодки, способные держаться в море в свежую погоду неделю, их надо достать за любую цену, не предъявляя к ним больших требований. Пусть скорость такой лодки будет не больше 10 - 11 узлов, пусть даже торпедное вооружение ее будет слабое, каждая такая большая лодка окажется ценнее любого другого корабля, если она войдет в строй весною или даже летом."