Судьба этого мощного пистолета полна парадоксов. Он никогда массово не состоял на вооружении армий мира, но выпущен очень солидным тиражом более миллиона экземпляров и носит имя не собственного изобретателя, а предприимчивого промышленника. Маузер С-96 не выпускался за территорией Германии, не считая зарубежных фабрик Маузера и испанских и китайских реплик, но стал знаковым символом совсем другой страны, рожденной в огне революции.
По-крайней мере, к этому приучил нас советский кинематограф. Фактурная "пушка" привлекала многих режиссеров, и не только советских. Достаточно вспомнить начало блокбастера "Пятый элемент", маэстро Люка Бессона.
Там от маузера досталось инопланетянам, порождению причудливой фантазии Жана-Поля Готье. Но ни в одной другой стране это оружие не фигурировало в историческом кино так часто, как в Советском Союзе.
Маузер С-96 стал одним из примеров откровенного присвоения патентных прав. Его тайком собрали немецкие конструкторы из Оберндорфа братья Федерле, в свободное от работы время. Но поскольку трудились они в экспериментальной мастерской маузеровской Waffenfabrik, а всё тайное, рано или поздно, становится явным, вскоре об их самодеятельности прознал хозяин предприятия, сам Петер-Пауль Маузер.
Он почти сразу разглядел в самозарядном пистолете братьев мощный коммерческий потенциал. Маузер дал конструкторам возможность довести изделие до ума и даже принял некоторое участие в его разработке. А в 1895 году, когда прототип оружия сделал свой первый выстрел, в один день наложил на него лапу, запатентовав на своё имя не только форму и механизм, но и все мелкие детали.
Первыми ценителями и поклонниками изобретения сумрачного тевтонского гения стали вовсе не кронштадские "братишки", увешанные патронташами и бомбами, а чопорные офицеры британской колониальной армии.
Он отлично проявил себя во Второй англо-бурской войне конца 19, начала 20 века. Эти сражения хоть и проходили за тридевять земель, но серьезным образом влияли на текущую военную и оружейную моду. Цвет "хаки" в полевом обмундировании, немецкие магазинные винтовки Маузера и его же массивные самозарядные пистолеты. Они оказались солидным огневым подспорьем в боях на полях Трансвааля и Оранжевой республики.
Несколько капризный характер оружия компенсировался необыкновенной для пистолета мощью и дальностью стрельбы. Петер-Пауль Маузер был в шаге от заключения огромное военного контракта с кайзеровской армией. Но проклятые конкуренты от Браунинга и Люгера вышли на военное ведомство Второго Рейха с более компактными и легкими моделями.
Лишившись большого госзаказа, Маузер решил вопрос оригинально и с фантазией. Красочные рекламные листовки и проспекты начала 20 века называли С-96 оружием невероятно престижным. подчеркивающим статусность владельца. Этаким стреляющим "айфоном" той эпохи. Как ни странно, это тезис сработал довольно неплохо и в первые годы, да и в дальнейшем. До начала Первой Мировой в частных оружейных магазинах было продано более 250000 экземпляров.
Его охотно покупали начальники поисковых и геологических партий, полярные исследователи, охотники на крупную дичь и различные любители и коллекционеры. Всё это дополнительно работало на имидж пистолета, и даже любовь к нему грабителей банков, анархистов и революционных радикалов лишь подхлестывала волну популярности. Маузер довольно гибко ориентировался на разные оружейные рынки. Для каждого из них существовали отдельные модификации.
В Россию он впервые попал в конце 19 века и тоже довольно скоро приобрел целый ряд поклонников. Стоила машинка около сорока полновесных царских рублей, что было лишь немногим меньше месячного жалования младшего офицера. Его деревянную кобуру по русской традиции назвали колодкой.
Незадолго до начала 1МВ закупило небольшую партию С-96 и русское военное министерство.
Пистолет предназначался для летнабов и экипажей броневиков. На театрах Первой мировой его можно было увидеть у всех сторон конфликта.
Маузер ещё иногда называли "окопным карабином".
В руках революционных масс первые образцы С-96 оказались после "экса", или попросту говоря, банального ограбления склада Лётного отряда в Петрограде, в феврале 1917. Часть пистолетов захватили анархисты из Кронштадта, часть пошла большевикам, засевшим в Смольном. Так начался совершенно новый этап жизни мощного германского пистолета, который вскоре стал самой ходовой постреволюционной валютой и желанным трофеем для "красных", "зелёных" и прочих разных участников этой страшной междоусобной бойни. О продолжении истории легендарного Маузера и его самых интересных обладателях мы расскажем в одном из ближайших материалов.
Ставьте нравится и подписывайтесь на канал, если материал показался вам интересным. Спасибо!