Что входило в обязанности фрейлин российских императриц? В каких условиях проживали придворные дамы? Подробности о повседневной жизни фрейлин можно найти в мемуарах Анны Тютчевой — дочери поэта Фёдора Тютчева.
В 1853 году, в возрасте 23 лет, Анна Тютчева была назначена фрейлиной цесаревны Марии Александровны — супруги наследника престола, будущего императора Александра II.
По словам Тютчевой, её взяли в придворный штат как девушку благоразумную и серьёзную, но при этом "не особенно красивую": цесаревна, чей брат был выдворен из России вместе с забеременевшей от него фрейлиной, не хотела повторения подобных историй.
(На самом деле подобные случаи при дворе были не редкостью. Обычно забеременевшие фрейлины наспех выдавались замуж за кого-нибудь из придворных чиновников, а репутация членов императорской семьи оставалась незапятнанной. Император Николай I в ситуации с братом Марии Александровны, принцем Александром Гессен-Дармштадтским, готов был поступить также — однако принц объявил, что как человек чести намерен жениться на фрейлине (её звали Юлия Гауке). Николай I счёл подобный брак неуместным и приказал молодым покинуть Россию. За границей они поженились. Кстати, супруг нынешней английской королевы Елизаветы II — принц Филипп — является правнуком принца Александра и Юлии Гауке).
В целом фрейлинами могли становиться молодые незамужние хорошо образованные девицы знатного происхождения. Иногда девушек брали в придворный штат в "благотворительных" целях. При императрице Александре Фёдоровне, супруге Николая I, состояло целых 12 фрейлин. Некоторые из них происходили из благородных, но разорившихся семейств — и потому только позиция при дворе могла обеспечить им престиж и приличное жалованье, а также солидное приданое при замужестве.
Работа штатной фрейлины заключалась в том, чтобы повсеместно сопровождать императрицу (или другую представительницу императорской семьи) и оказывать для неё самые разные услуги: читать вслух, писать под диктовку письма, развлекать её гостей беседой или пением — а при случае выносить ночной горшок или помогать монаршей особе одеваться. Тютчева писала:
"Ремесло придворных вовсе не так легко, как это думают [...]. Нужно найти исходную точку опоры, чтобы с охотой добровольно и с достоинством играть роль друга и холопа, чтобы легко и весело переходить из гостиной в лакейскую, всегда быть готовым выслушивать самые интимные поверенности владыки и носить за ним его пальто и галоши".
Тем не менее служба при дворе считалась весьма престижной, потому что позволяла находиться в непосредственной близости к императорской семье, приобрести полезные знакомства и в перспективе устроить семейную жизнь.
При выходе замуж фрейлина либо лишалась должности, либо в некоторых случаях уходила на повышение: замужняя женщина могла стать статс-дамой, гофмейстериной или обер-гофмейстериной (они занимались административными делами женского придворного штата, заведовали канцелярией, а также исполняли почётные церемониальные обязанности: представляли явившихся на аудиенцию гостей, несли императорских младенцев на крещение т.д.).
Фрейлины, которые не выходили замуж, могли жить при дворе до самой смерти. Для них максимальный карьерный рост мог заключаться лишь в повышении до камер-фрейлины: данное звание подразумевало особое доверие со стороны императорской семьи и исполнение наиболее деликатных заданий.
Штатные фрейлины жили во дворце. Тютчева так описывает фрейлинские покои:
"Большая комната, разделённая на две части деревянной перегородкой, окрашенной в серый цвет, служила нам гостиной и спальней, в другой комнате, поменьше, рядом с первой, помещались с одной стороны наши горничные, а с другой — наш мужик [...]. Он топил печку, ходил за водой, приносил обед и по десяти раз в день бегал заказывать карету".
"Я нашла в своей комнате диван стиля ампир, покрытый старым жёлтым штофом, и несколько мягких кресел, обитых ярко-зелёным ситцем, что составляло далеко не гармоничное целое. На окне ни намёка на занавески".
Помимо штатных были также "почётные" фрейлины: носившие это звание девушки не имели никаких ежедневных обязанностей, не получали жалованья и должны были лишь присутствовать на некоторых церемониях. Обычно такое звание как знак особой милости со стороны императорской семьи получали дочери отличившихся на службе дворян.