А у нас - очередная история из кабинета психолога. И, что особенно приятно - с хорошим концом. Как обычно, меняю лишь имена, внешние признаки и географию, оставляя реальную суть произошедших событий.
1. "Все вроде здорово, а жить страшно"
Она вошла, и... напряженность, тревога буквально пронизали пространство кабинета.
Красивая девушка (назовем ее Светлана), чуть-чуть за тридцать, стройная, хорошо одетая. Вроде даже улыбается. Приехала довольно издалека, не хочет, чтобы в маленьком городке кто-то что-то узнал о ее тайнах.
Откуда ощущение тревоги? У психиатров, как объяснял мне Э.И.Минскер, это называется "психиатрической насмотренностью". У психологов я подобного термина не слышал, но суть понятна: когда ты сотни раз наблюдаешь людей с одними и теми же проблемами, то начинаешь улавливать невербальные признаки. Точно так же мой друг-хирург мгновенно определяет проблемы с опорно-двигательным аппаратом, причем делает это на полном "автомате", во время прогулки перемежая наш разговор диагнозом очередному встречному. Профдеформация, конечно, но очень помогает в работе.
Девушка села напротив, мы начали беседу.
Сначала я всегда интересуюсь общими вопросами: семьей, образованием, здоровьем в детстве и сейчас, травмами, если таковые были, личной жизнью, конечно.
И здесь - никаких особых проблем. Ничем не болела, никогда не травмировалась, никакого насилия, очень теплые отношения в семье, хорошая работа. В личной жизни - в поиске, но с совершенно разумными установками.
Короче, все здорово.
Вот только на прием к клиническому психологу просилась на как можно более ранний срок. С учетом, что проблема не вчерашняя, значит, накипело.
"Так в чем дело?" - наконец, осторожно спрашиваю я. Другими словами, на что жалуемся? Хотя отчасти ответ на вопрос уже ясен: губы задрожали, в глазах появились слезы. И вот - произнесено:
"Все вроде здорово, а жить страшно".
Что и следовало ожидать. Теперь будем разбираться, почему страшно. Наша неспешная беседа (первый прием у меня никогда не занимает менее полутора часов) продолжилась.
2. Почему бывает страшно, когда все хорошо?
А причин у тревог и страхов может быть много. О повышенной тревожности я уже не раз писал, и еще много раз напишу. Изначально страх - неплохое чувство. Именно он останавливает нас, когда мы собираемся сделать что-то неразумно опасное. Совсем бесстрашные люди долго не живут.
Но, как и у всего в этом мире, у медали есть вторая сторона: избыточные тревога и страх могут отравить земное существование самого успешного человека, а в худшем случае - довести до трагедии.
Откуда это берется?
Причин может быть много: например, проблемы с балансом нейромедиаторов в центральной нервной системе, преимущественно - серотонина и гамма-аминомасляной кислоты. Это - эндогенный вариант. Могут быть и ситуативно образовавшиеся страхи и тревоги, не исчезнувшие после ухода психотравмирующей ситуации. Самый обычный случай - посттравматическое стрессовое расстройство. Часто встречается у участников боевых действий и жертв насилия. Все, вроде бы, давно позади, но ужасы прошлого не дают жить настоящим. Наконец, может быть сочетание внешних и внутренних факторов.
Что ж, будет разбираться, благо, механизмов борьбы, в том числе - безмедикаментозных, имеется достаточно.
... И вот тут сильно напрягся я.
3. "Когда я слышу эти голоса, я не хочу жить"
Потому что Светлана расплакалась и рассказала о голосах, которые уже более пятнадцати лет не дают ей нормально жить.
На самом деле, галлюцинации - тоже не приговор. Тем более, что за такой долгий срок заболевания, да еще при его ранней манифестации, ни дефекта у девушки не наработалось (апато-абулический синдром), ни когнитивных нарушений я совершенно не видел. Однако шизо-расстройства требуют медикаментозной помощи, а значит, для терапии понадобится врач-психиатр.
Такая практика отработана, врач делает свое дело, психолог - свое, но когда они работают вместе, шансы на успех сильно повышаются. Я уже думал звонить очень толковому психиатру (у меня налажены профессиональные отношения с тремя сильными специалистами), однако решил пока заняться своими делами, а именно - патопсихологическим обследованием.
И мой разговор со Светланой продолжился.
4. Голос, не похожий на голос. А вот паника настоящая
Светлана плакала и успокаивалась, а в промежутках рассказывала свою невеселую историю.
Началось все в 16 лет. Девочка из дружной теплой семьи, воспитанная даже немного в старомодных понятиях, довольно религиозная и целомудренная. Очень любящая своих родителей и влюбленная в свою жизнь, которая только-только начала перед ней разворачиваться. Музыкальная, спортивная, красивая, добрая.
Как вдруг...
"В голове возникло очень... плохое слово", - с запинкой сказала она. Я, конечно, захотел знать, какое.
Светлана и сейчас оставалась прежней, чистой и немного старомодной. Назвала только первую букву.
Ну, я не такой правильный, все плохие слова знаю. Причем, с учетом моего личного онтогенеза - в гораздо большем комплекте, чем средний московский гопник.
В общем, это даже не мат. А жаргонное обозначение акта физической любви.
С юной девушкой, девочкой почти, никогда ничего подобного не произносившей, сразу случилась истерика. А потом - неотступный страх повторения эпизода. И он действительно время от времени повторялся, делая панику привычной, а ожидание этого ужаса - постоянным.
Я начал осторожно расспрашивать про особенности этого страшного голоса. Он был императивным, приказывал что-то? Советовал? Издевался? Был он мужским или женским? Напоминал ли голос какого-либо знакомого человека?
На все вопросы получил отрицательный ответ, даже про тендерную принадлежность "говорившего".
Уже интересно.
"А что еще он говорил? Неужели только одно слово?"
И вот тут мы подошли очень близко к разгадке феномена.
5. Голос или навязчивые мысли?
Опять с трудом преодолевая смущение, Светлана, под моим осторожным давлением, рассказала, что этот чертов голос, испортивший половину ее молодой жизни, конкретно говорил.
Всего-то четыре - даже не слова, а темы. Хотя и большого разнообразия в лексике тоже не наблюдалось.
Грязные обозначения физической любви. Богохульства. Тупые оскорбления в адрес любимых родителей. И даже - пожелания им смерти.
Света опять расплакалась.
"Они мне дороже всех на свете, - жаловалась она. - А тут такое...".
Пока она успокаивалась, я думал, что делать дальше. По всему выходило, что, похоже, психиатру звонить не надо.
Светлана как-будто услышала мои мысли, и рассказала, что к психиатру уже ходила не единожды, так как сильно опасалась не только за свою психику, но и свою жизнь. Голос, твердивший в ЕЕ голове то, что ЕЙ было омерзительно - такое действительно может сломать.
"Что сказали психиатры?" - интересуюсь я.
"Что я здорова", - ответила Светлана. После визита она вроде как успокаивалась и веселела, однако вскоре опять наступал тот ужасный момент, когда голос твердил свои гадости, и все возвращалось на круги своя.
Я поинтересовался, что выписывали врачи. Оказалось - один не выписал ничего, второй - ингибитор обратного захвата серотонина, так называемый СИОЗС.
"Помогло ли лекарство?"
"Да, помогло". Впрочем, как выяснилось, ненадолго, создав дополнительный ужас от "неизлечимости" ее заболевания.
6. Обсессии и компульсии. Но не шизофрения
Вот теперь картина стала складываться. У голоса, простите за каламбур, голоса не оказалось. Это была навязчивая мысль. Причем, четко направленная по содержанию: мысль была всегда полностью антагонистична ядру личности девушки. Религиозна - богохульство. Целомудренна - пошлятина. Горячо любит родителей - "желает" им плохого.
Почему такая мысль пришла в голову в первый раз? Да кто же его знает. У нас у всех в мозгу бродят миллионы мыслей, по сути - порой случайных сцеплений нескольких миллионов синапсов. Вот во сне чего только не увидишь.
Наяву же именно серотонинэргическая и ГАМК-системы следят за "фильтрацией" ненужных нам сигналов и эмоций. Если же по каким-то причинам они не справляются, могут возникнуть и депрессия, и тревожное расстройство, и их "родственник" - обсессивно-компульсивное расстройство.
Обсессии - это и есть навязчивые, липкие, порой дурацкие мысли, от которых тяжело избавиться, или даже невозможно без посторонней помощи.
Компульсии - повторяющиеся действия, которыми люди пытаются от своих страхов и навязчивых мыслей "отвязаться". Мы со Светланой довольно быстро нашли и компульсии, которые хоть как-то уменьшали ее тревогу.
Случайная дурацкая мысль пришла - и так же и ушла бы. Если бы не вызвала потрясение, страх повтора и... далее по накатанной: неудачное сцепление синапсов хорошенько закрепилось, а с каждым повторением делалось все прочнее. Этакая натоптанная нейронная тропа, ведущая прямо в ад.
7. Почему не помогли психиатры?
Я как раз думаю, что очень даже помогли. Не поддержали "любезно подброшенную" версию о шизо-расстройстве, не "угостили" нейролептиками, зато поддержали серотонинэргическую систему, дав ей, хоть и временное, но облегчение.
Другое дело, что врач на приеме только мечтать может о полутора-двух часах работы с одним пациентом. При их-то потоке больных и нормах отпущенного на каждого времени...
Так что я как раз высокого мнения о профессионализме докторов, к которым приходила Светлана. Но, думаю, в данном случае без психолога и его "неспешной" работы все же обойтись трудно.
Вот мы и поработали.
Не торопясь, разобрались, чем обсессии отличаются от галлюцинаций.
Не спеша, уяснили, что не так страшен черт, как его размалевала растревоженная Светина психика.
Без суеты выяснили, как можно помочь серотонинэргической системе некими довольно несложными приемами и упражнениями (ниже приведу список моих статей на эту тему).
Один из приемов пока в статьи не вошел. И он тоже совсем не сложный:
"Мозг - он ведь за нас. Он поднимает тревогу из лучших чувств. Даже, если ошибается. Ну, пришла дурацкая мысль. Никакой не голос, а просто дурацкая мысль. Мозг, из лучших чувств поднимает панику. А мы его - успокаиваем. Он миллион раз выручал нас, а мы теперь поможем ему.
Представляем его в наших ладонях - мягкий, теплый, уставший, в извилинах, гладим его по... голове, и успокаиваем: не переживай, мозг. Не волнуйся. Это просто глупая мысль. Небольшой "пробой" серотонинового фильтра. Отдыхай, мозг, ты и так настрадался за эти годы. А мы будем чинить "пробитый" фильтр".
Смешно? Но работает. Это, кстати, на базе техники известного американского психиатра, в четвертой статье на тему "Безмедикаментозные лайфхаки против тревоги и депрессии" напишу подробнее.
8. Дела на данный момент
Перед написанием статьи позвонил "Светлане", спросил, как дела, и попросил разрешения опубликовать эту историю. Разрешение дала сразу, а рассказом про состояние дел порадовала еще больше.
Оказывается, жизнь в основном наладилась! И объяснения помогли, и упражнения.
Да, голос пару раз приходил. Но ему отказывали в доверии. Это же не голос, а просто "пробой" в серотониновом фильтре. Соответственно, и паника не возникала. Не получивший подкрепления страх поджимал хвост и потихоньку исчезал. Как костер, в который перестали подкидывать дрова. Он в таких случаях просто гаснет.
Вот такая история.
Ниже приведу ссылки на опубликованные ранее заметки с лайфхаками:
Безмедикаметозные лайфхаки... Часть 1. Безмедикаметозные лайфхаки... Часть 2. Безмедикаметозные лайфхаки... Часть 3.
И еще пара полезных статей от нашего канала:
Безмедикаментозный метод Ф. Шапиро при ПТСР
Тревожное расстройство. Почему иногда так плохо, когда вроде бы все хорошо?
На сегодня - все.
Вопросы по тел./вотсап +7 985 9992364
И, конечно, как всегда, любые замечания, споры, дискуссии и собственные мнения приветствуются. Чем больше лайков и активности читателей, тем большее количество новых людей будет привлечено к этим материалам. Давайте вместе менять вредные стереотипы о психических заболеваниях и людях, ими страдающих.