...В 19.00, когда студия была уже переполнена и телевизионные камеры включены, Леонтьев так и не появился.
Шло время тракта - единственной предсъемочной репетиции с камерами и микрофонами.
19.15 - главного героя съемок нет.
19.30-нет.
19.45 - нет.
Свет погасили. Публику попросили на время покинуть зал. Операторы и звукорежиссер - уж им-то доводилось видать на телевидении всякое! - отправились на перекур. А администратор на студийной машине помчался на Ленфильм.
В 20.00 на режиссерском пульте раздался звонок из центральной аппаратной:
- Время вашей трактовой репетиции закончилось. Через пятнадцать минут начало съемки. Отменять будете?
Володя не успевает ничего ответить, потому что как раз в этот момент по другому - городскому - телефону тоже раздается звонок.
- Через пятнадцать минут выезжаем, - сообщает наш администратор. - Аксенова умолил. У них произошла задержка - сломалась камера.
Леонтьев не передумал. Но как за оставшееся время привести в чувство ринговских «бойцов»? Ведь они после полуторачасового ожидания звезды могут начать раунд чересчур агрессивно.
Не буду описывать, какими приемами мы с психологами обычно пользуемся, давая настрой аудитории. Это уже сфера профессиональных секретов из тех, что «передаются по наследству».
Как бы то ни было, но когда в студии вновь вспыхнули прожектора, зрители по моей команде: «Вместо гонга - аплодисменты!» - разразились овациями.
Леонтьев не вошел - вбежал в студию. Выхватил у кого-то фотоаппарат и сделал снимок на память. Кому-то протянул тут же отколотый от костюма значок.
И так же легко, играючи развернул на себя оператора, державшего на плече ручную камеру, давая ему тем самым понять, что сейчас центром внимания должен стать он.
- Добрый вечер, уважаемые участники передачи Музыкальный ринг! Прежде всего должен извиниться за опоздание и признаться, что приглашение в эту студию для меня очень приятно, но в то же время и неожиданно. Не уверен, что сумел должным образом подготовиться к участию в этой программе, потому что, только-только успев снять киношный грим, примчался сюда с Ленфильма, где снимаюсь в музыкальном фильме. И все так бегом, все так не просто...
Этот немного усталый голос, уважительное отношение к передаче и ее участникам сразу же обезоружили натренированных за два года ринговских «бойцов».
После окончания записи один из постоянных посетителей ринга признается в экспресс-баре Валерию:
- Вы с ходу покорили нас. Вот так вошли - и взяли зал. Взяли зрителя. Нам это понравилось, и все острые вопросы как-то вылетели из головы.
Все действительно так и было. Я не узнавала наших завсегдатаев. Вопросы следовали один за другим, но все - чисто информационные, «неринговские», как мы говорим. В них не было той атакующей направленности, той доли иронии, которая и отличала тогда нашу программу от обычных концертных встреч на экране.
Обычно при съемке «неринговские» вопросы я, находясь на пульте режиссера, на правах автора программы или рефери отклоняла. Бывало наоборот: страсти во время раундов так накалялись, что приходилось, успокаивая спорящих, применять «силовые приемы». Но в передаче с Валерием Леонтьевым все было не так, как обычно...