Тропинка, протоптанная сотнями и тысячами ног, словно длинная пестрая змея, изгибаясь и изворачиваясь, тянулась вдоль нескошенного луга, пролегала через деревянный мостик над речкой и уже перед самой деревней проходила мимо большого, старого деревенского кладбища. Желтый диск луны, испуганно выглядывая из-за туч, робко освещал дорогу.
- Полная луна! - испуганно ахнула Настя, мельком взглянув на ночное небо. - Бабка Агафья говорила, что в полнолуние всякая нечисть вылезает.
Настя быстро бежала по тропинке, мысленно ругая своих подруг-хохотушек, оставивших её одну. Видите ли, не захотели мешать общению Настюшки с развесёлым Пашкой, приехавшим погостить в соседнюю деревню Луговку к своей бабке. Мысли сами собой переключились на Пашку и на прошедший вечер. Она с подружками, как обычно по субботам, отправилась в Луговку, в клуб на танцы. Ну что поделаешь, если в своей деревне клуб уже давно не работает, а его директор, вечно пьяный дядя Николай, назначенный на эту должность родственником из администрации, уже давно продал на сторону музыкальный центр и яркие лампы светомузыки. Вот и приходилось Насте, как и другим её ровесникам, бегать за редкими развлечениями в соседнюю Луговку. А там и клуб по выходным сверкает разноцветными огнями, и музыка играет так громко, что слышна далеко за пределами деревни. На этот свет, словно ночные мотыльки на электрическую лампочку, собирается вся молодёжь с окрестных деревень. Крепкие, закаленные тяжелой физической работой молодые деревенские парни, увальнями топчущиеся у танцпола, модно одетые, утонченные городские ребята, приехавшие на время каникул к своим бабушкам и дедушкам. Кого там только нет, но всегда весело! И при этом каждый вечер сулит новые, интересные знакомства. Так и в этот раз… Пашка сам подошёл к ней:
- Привет!
Настя, как положено порядочной девушке, для начала смутилась, отвернувшись в сторону, но потом, не сразу, ответила нерешительно:
- Добрый вечер…
Подружки-хохотушки тут же весело засмеялись, с интересом рассматривая парня, а тот вовсе не растерялся.
- Меня Паша зовут! А тебя как?
Настя помолчала, обдумывая, стоит ли ему отвечать. Кто-то рядом прошептал:
- Это Пашка, бабки Веры внук, с города приехал. В институте учится… на врача.
Настя медленно повернулась к Пашке, посмотрела на парня своими большими глазами:
- Анастасия…
Девчонки вновь закатились весёлым смехом, кто-то даже передразнил : «Анастасия… Ягужинская!»
А Паша молча, не обращая внимания на веселых подружек Насти, взял девушку под руку.
- Давай отойдём в сторонку. Здесь шумно, музыка… да и вообще.
Они прошлись мимо клуба, вышли к берегу реки, и там Паша, нежно взяв её за руку, принялся что-то рассказывать, а что именно, она и не слушала. Все мысли были заняты тем, что парень обратил на неё внимание, выделив из стайки подруг, и о том, что завтра об этом будет болтать вся деревня, и если дойдёт до отца, строгого и молчаливого мужика, то дело плохо. Батя, конечно же, Настюху любит, но и спуску не даёт. С ним не забалуешь! Но всё это будет потом, а сейчас, здесь она, Паша, молчаливая, серьёзная луна и тишина. И вообще, она уже взрослая, и сама может отвечать за свои поступки… ой, лишь бы отец не узнал. Убьёт, точно убьёт!
А Пашка, тем временем, видимо исчерпав весь запас красноречия, решил, что Настя уже полностью и безоговорочно влюблена в него, а посему потянулся к девушке своими влажными губами. Настя зажмурилась…
Внезапно идиллия романтической ночи была самым наглым образом прервана грозным окриком, прозвучавшим в ночной тишине, как удар хлыста, которым старый пастух Никодимыч, подгоняет стадо.
- Эй, городской!
Пашка, отпустив девушку, резко развернулся. К ним неспешно приближались три коренастые фигуры, в которых Настя без труда узнала местного заводилу Кольку Босого и его дружков. Назревала драка, девушка зажмурилась, почувствовав, как задрожал Пашка. Куда уж ему, худосочному и «дрищеватому» студентику, против гопников, поднаторевших в кулачных боях.
А тем временем сильная рука Босого схватила Пашку за ворот рубашки и потянула к себе. Затрещала тонкая ткань, и Настя испуганно взвизгнула.
- А это кто тут у нас ещё? - дружок Кольки подсветил желтовым светом дешевого китайского телефона. - О, да это же Настька с Елизаровки, Виктора Ивановича дочка.
- Оставь её, - осадил Босой товарища, - Иванович - мужик серьёзный, я с ним в том году на покосе работал. За дочь всем голову оторвёт!
Хулиган нехотя отошёл от испуганной Настюхи, а вот Пашке пришлось несладко. Босой поняв, что парень испугался, потащил его в сторону. Девушка подскочила, чтобы вступиться за хилого студента, но неожиданно, словно карающая молния с небес, на импровизированном поле битвы появилась бабка Вера.
- Вы что творите, ироды? - громко вопрошала пожилая женщина, одновременно с этим нанося своей клюкой тяжелые удары по хребту Босого.
Колька пытался было что-то ответить бабе Вере, но уворачиваться от страшной, корявой палки и объясняться, было очень сложно. Он испуганно ойкал и подпрыгивал, его дружки благоразумно исчезли в темноте.
- Бабушка Вера, бабулечка, да мы просто пообщаться хотели. Познакомиться. Ой, не по голове, не по голове. Бабуль…
- Вот-то я тебе устрою. Ишь,что удумал!
Настя не стала дожидаться, чем закончится вендетта, устроенная заботливой бабушкой, и поспешила покинуть Луговку. Быстрее домой, в Елизаровку…
А до деревни оставалось не так уж и долго бежать. Настя вздохнула полной грудью. Какой же чистый воздух, какое звёздное небо, как всё же хорошо! Единственное, что пугало девушку, небольшой отрезок дороги, проходящий мимо кладбища. Но дед Ваня всегда говорил:
- Ох, Настюха, не мертвых надо бояться. От них зла нет никакого… Живых нужно опасаться, все беды от них.
И вправду, чего их бояться? Лежат себе спокойно. Тем более все свои, деревенские. Многие и Настьку при жизни знали, а уж родителей и деда с бабкой каждый из них уважал. Да и родственники её там же похоронены, уж они точно, Настю в обиду не дадут. А вот живые… Настя призадумалась, страшные дела творились в деревне последнее время. Родители старались не обсуждать при дочери, но в деревне секретов нет. Все всё знают. Нашли не так давно Мишку Петрунькина в реке. Ну мало ли? Утонул, всякое бывает, да только говорят, что не сам Мишка утоп, его уже задушенного в речку выбросили. А вот ещё Надя Тарункина, молодая совсем, смешливая женщина, ушла в лес по грибы да так и не вернулась. Искали её всей деревней. На третий день нашли… повешенной на толстой ветке дуба в глухой чаще. Милиция приезжала, или нет, сейчас же по-новому, полиция. Да только не нашли никого, по всему выходило, что Надька сама в петлю полезла. Но в деревне то все знают, что быть такого не может. Не такой Надюшка человек… Додумать Настя не успела, ноги вынесли её к кладбищу, и девушка испуганно притихла, внимательно разглядывая покосившиеся кресты за деревянной оградой.
«Батюшки, страшно то как… Никогда больше одна не пойду в Луговку… Уж лучше засветло,» - девушка поправила светлую косынку, опущенную на плечи.
Неожиданно со стороны кладбища донесся громкий разрывающий душу вой, и Настя увидела, как из-под ограды выскочила огромная, темная тень, которая большими скачками неслась к девушке.
- Отдай… Отдай…
Настя завизжала и со всех ног бросилась бежать по тропинке, тень не отставала...
* * *
- Товарищи курсанты, близится к концу учебный год. Для вашего курса он завершающий, совсем скоро вы приступите к выполнению своих служебных обязанностей. Пять лет учебы пролетели незаметно, и теперь вы, сдав выпускные экзамены, будете назначены на должности офицеров полиции. Я не могу сказать, в какой сфере вам придется нести службу: следствие, уголовный розыск, служба участковых уполномоченных полиции, в нашей работе нет «не важных» должностей, но уверен, что вы с честью будете выполнять свой служебный долг, грамотно и умело применяя знания, полученные за годы учебы. Помните, ваша главная задача — хранить покой граждан, встать надежным заслоном на пути преступности, берегите честь мундира.
Строгий полковник обвёл взглядом ровный строй курсантов, недовольно покачал головой и едва слышно спросил у стоявшего рядом офицера:
- Где курсант Назаров?
- Отсутствует, причина неизвестна.
Полковник тяжело вздохнул и тихо произнёс:
- Второй раз за неделю… Как найдётся, сразу ко мне на беседу… Пожалуй, я буду ходатайствовать перед руководством института об отчислении курсанта Назарова. Таким как он, не место в наших рядах...