Третья часть. Штурмбаннфюрер Брун, а у вас русский сын объявился. А я всегда думал, что у вас две дочки, - произнес немец, сдерживая смех
Пришел я в себя только к вечеру. Мы с лейтенантом Крышановым были заперты в полуразрушенном хлеву.
Я обвел глазами помещение, погруженное в полумрак. Крышанов сидел в двух метрах от меня и что-то нашептывал себе.
Увидев мое шевеление, но нервно хихикнул:
- Очнулся, герой?! Ну как тебя принял папка штурмбаннфюрер? Мне бы сейчас оружие, я бы тебе...
Поймав на себе ненавистный взгляд лейтенанта, я отвернулся. Слушать его не хотелось, голова по-прежнему была сама не своя.
В дрожь бросало от осознания того, что я так глупо попал в плен, приняв немца за своего отца.
Навряд ли, если удастся выбраться, особисты поверят в мой рассказ, да и звучит он, на самом деле, как-то глупо.
Хотя...еще нужно как-то сильно постараться, чтобы сбежать...впервые в жизни я почувствовал, что сам себя загнал в западню.
Мои размышления были прерваны вошедшим внутрь "гостем". Я не знал, кто это, пока незнакомец не осветил свое лицо фонарем.
Это был штурмбаннфюрер Брун. Он остановился в дверях и принялся нас рассматривать.
- Почему ты принял меня за своего отца? - вдруг спросил я.
- Похожи, - проворчал я, разговаривать с врагом мне не хотелось.
- Он снайпер. Разве по винтовке не заметили? - хмыкнул лейтенант Крышанов. - Вы были его целью. А он приказа ослушался, решив, что вы ему сродни, - обхватив колени руками добавил разочарованно мой бывший командир.
Немец удивленно вскрикнул, перейдя на свой язык. Я его понимал плохо, поэтому состроил удивленную мину.
- Значит, выходит, ты меня спас? И я тебе обязан? Так? - противно хрустят в темноте пальцами, спросил штурмбаннфюрер.
- Выходит, но я ничего не прошу, - отвел я в сторону глаза, хотя их и так в полутьме было не видно.
- Ты хороший снайпер? - снова задал вопрос немец.
- Был...хорошим, - опять послышался голос Крышанова.
Я прям тогда чувствовал, что он пытается всячески выслужиться перед штурмбаннфюрером Бруном.
- Отпустить тебя, я, конечно, не отпущу. Но могу предложить продолжить работать снайпером. Только уже не нашей стороне, - оперевшись на стенку хлева, предложил мне Брун.
- Ну что же ты, Толя, соглашайся, может, и мне местечко найдется, - снова вмешался Крышанов, чем сильно разозлил штурмбаннфюрера.
- А ты мне не нужен, ты болтун! - скривил лицо Брун. - Я оставлю только его!
Хоть и было темно, но даже в этой темноте я заметил, как лицо моего командира побледнело.
Он сразу же замолчал, закрыв голову руками. Осознание тупика напугало лейтенанта больше, чем меня.
Но несмотря на все произошедшее, я чувствовал себя виноватым: это же я поволок его на холм.
- Вы же говорили, что вроде как обязаны мне? - подал я голос.
Штурмбаннфюрер подбоченился и стал всматриваться мне в лицо, пытаясь понять, чего я хочу.
- Оставьте лейтенанта тоже, вместе со мной...на службе у вас, - твердым голосом произнес я. - Тогда мы квиты.
Штурмбаннфюрер громко хмыкнул, видимо, ему моя идея не приглянулась.
- Гут! Гут! - перешел он на немецкий. - Хорошо! Я оставлю вас двоих, - снова на русском добавил немец и вышел из хлева.
- Спасибо говорить не буду, ты меня сюда же и приволок, - проворчал Крышанов. - Только что же это получается, я теперь буду немцам служить? Нам же на Родине за это...
Но я не дал лейтенанту договорить, резко оборвав его:
- А ты видишь какой-то другой путь, чтобы отсюда дать деру?
Продолжение следует...