В комментариях к серии статей о фильме Э.Рязанова «Жестокий романс» многократно поднимался вопрос о сословной принадлежности семейства Огудаловых.
В фильме ответ дан однозначный: в конце первой части, при посещении Ларисой с матушкой кладбища, крупным планом показан памятник отцу семейства. На нем явственно написано «Потомственный дворянин Дмитрий Степанович Огудалов». Никаких сомнений в принадлежности Огудаловых к дворянству нет.
Но одна из читательниц сформулировала вопрос так:
Рязанов снимал именно дворянскую семью, у него и почивший муж и отец на надгробной плите обозначен потомственным дворянином.
Но вот, на одном из каналов разгорелся спор. И приводились аргументы разной степени весомости. И что сам Островский не говорит о социальном положении Огудаловых. И что купцы не позволили бы такое попирание нравственных устоев, если бы речь шла о дворянке. И то, даже, что Вожеватов, молодой купец, давний родственник и друг детства Ларисы. ... А как считаете вы?
Сразу обозначу свою позицию. В своих постах я анализировала именно фильм Эльдара Рязанова. Который является самостоятельным художественным произведением, а ни в коем случае не прямой постановкой пьесы «Бесприданница». Творчество А.Островского положено в основу сценария, причем использованы сразу несколько пьес, но также добавлены эпизоды и сюжетные линии, которых у Островского нет. Явно прослеживаются цитаты и из других произведений русской классики XIX века. Характеры героев прописаны режиссером заново, общий посыл истории значительно отличается от заложенного в пьесу.
Но раз уж вопрос о дворянстве персонажей так всех занимает, то давайте обратимся к самой пьесе.
Во вводной части о сословной принадлежности героев сказано мало.
Харита Игнатьевна Огудалова, вдова средних лет; одета изящно, но смело и не по летам.
Лариса Дмитриевна, ее дочь, девица; одета богато, но скромно.
Мокий Парменыч Кнуров, из крупных дельцов последнего времени, пожилой человек, с громадным состоянием.
Василий Данилыч Вожеватов, очень молодой человек, один из представителей богатой торговой фирмы; по костюму европеец.
Юлий Капитоныч Карандышев, молодой человек, небогатый чиновник.
Сергей Сергеич Паратов, блестящий барин, из судохозяев, лет за 30.
Так что только Паратов сходу обозначен как «барин», т.е. дворянин. Позже рассказывается, что он потерял имение. И женится он не просто «на девушке очень богатой», с золотыми приисками в виде приданого, а на девице знатного происхождения. Кого попало в такую семью бы не приняли.
Паратов. Отец моей невесты важный чиновный господин; старик строгий: он слышать не может о цыганах, о кутежах и о прочем; даже не любит, кто много курит табаку. Тут уж надевай фрак и parlez français!
Так что дворянство Паратова бесспорно.
Теперь об Огудаловых.
Кнуров. Что за вздор такой! Вот фантазия! Ну что такое Карандышев! Не пара ведь он ей, Василий Данилыч… Как это она оплошала? Огудаловы все-таки фамилия порядочная; и вдруг за какого-то Карандышева!
Огудаловы – фамилия порядочная. Но что эта порядочность означает: знатное происхождение или былую безупречную репутацию? Тогда зайдем с другой стороны: почему им не пара Карандышев? Что известно о нем?
Вожеватов: Ведь он у нас чудак. Ему бы жениться поскорей да уехать в свое именьишко… Лошадь из деревни выписал, клячу какую-то разношерстную, кучер маленький, а кафтан на нем с большого».
Значит, какое-никакое имение и даже прислуга есть. Позднее идет рассказ о том, что Карандышев баллотируется в мировые судьи Заболотского уезда. Видимо, так и расположено его имение.
Все это однозначно говорит о дворянском происхождении Карандышева.
Отсюда вывод: раз он не пара девице Огудаловой, значит, их род "не плоше». Брак обедневшей мещанки с обедневшим дворянином никак не считался бы мезальянсом!
Теперь о родстве Васи и Ларисы. В пьесе об этом ничего не сказано, ни в ремарках, ни в тексте. Лишь постоянно подчеркивается близость Вожеватова к дому Огудаловых: он в курсе изнанки всех происходящих там событий, запросто общается с Ларисой на правах друга детства.
Карандышев. Называете его Васей. Что за фамильярность с молодым человеком!
Лариса. Мы с малолетства знакомы; еще маленькие играли вместе — ну, я и привыкла.
Карандышев. Вам надо старые привычки бросить. Что за короткость с пустым, глупым мальчиком!
В финале Лариса так обращается в Вожеватову:
Лариса. Вася, мы с тобой с детства знакомы, почти родные;
Т.е. в пьесе вообще ничего не говорится о родстве! Просто детская дружба. Как она возникла – мы не знаем. Жили по соседству, дружили домами, у семейств были какие-то общие дела – тут можно только гадать. Я склонна к мысли, что Вожеватов – из купеческого рода, именно поэтому Лариса так и не перешла в обращении к нему на имя-отчество, а обращается, как к нижестоящему.
Тем не менее Вася не только "по костюму европеец", но наверняка получил приличное образование европейского уровня, вполне готов ехать представителем фирмы в Париж и там parlez français.
Наконец, относительно Кнурова судить сложно. Это явно «старые деньги». Но является ли род просто старинным купеческим или же деловым дворянским, вроде Строгановых или Демидовых, однозначно сказать нельзя.
Так что жених не зря поражается жестокости и цинизму "котов-игрунов".
Карандышев. И ведь это не разбойники, это почетные люди...
Все именно так: уважаемые, образованные люди грубо попрали честь бедных дворян. И никакое сословное единство их не удержало.