Если начать детально рассказывать о моей деревенской жизни, то может получиться дневник уругвайского мальчика, только без мокрухи. Помните такой прекрасный анекдот?
Сейчас, правда, в интернете он значится, как дневник абрека, со всеми вытекающими. А в моем детстве это был дневник уругвайского мальчика:
Понедельник. Скучно.
Вторник. Я убил собаку соседского мальчика.
Среда. Соседский мальчик убил мою собаку.
Четверг. Я убил соседского мальчика.
Пятница. Родители соседского мальчика убили моих родителей.
Суббота. Я убил родителей соседского мальчика.
Воскресенье. Вся деревня идет убивать меня.
Понедельник. Скучно.
Жизнь вошла в какой-то круг. Прогулки с псом, написание статей, приготовление еды, мойка посуды в тазу, стирка руками в тазу. Мойка себя. В тазу. Опять же, за блогом слежу, чтобы сохранялась хоть относительно здоровая атмосфера. Удаляю, блокирую. Снова пишу тексты. Снова веду гулять собаку. А тут и спать уже пора.
В доме по-прежнему холодно, а ночами – страшновато. Хаски не охранники. Это ездовые собаки. Иногда я искренне не понимаю, зачем их всюду напритаскивали и расплодили. А теперь этих выброшенных и брошенных хаски больше, чем собак любых других пород. Покупают, не зная особенностей. Потом не справляются и избавляются. Сама так попала, не зная породы. Вчера стояли на улице, болтали с соседкой о новой администрации, о благоустройстве деревни. Смотрю: собака моя подозрительно далеко от нас. Тяну за поводок, а карабин выскочил из кольца на шлейке.
- Бля, Юлька, у меня собака отвязалась!
- Ты что так паникуешь сразу?
- Да у вас же индюки!
- Они закрыты.
- Короче, извини, я поскакала.
И поскакала вприпрыжку. С радостным комментарием: «Побежали-побежали домой скорей!» Слава Богу, он даже не понял, что свободен. Прискакал к калитке, где я его и прицепила. А понял бы? И где бы я его искала? Я – его, а полдеревни – свой мелкий скот.
На днях захотелось помыться по-человечески. Нет, таз – это прекрасно! Он жёлтенький, большой и красивый. А всё одно – достало! Захотелось в баню. До одури. До выделения пота из желёз. Ну, нашла я баню. Всего-то до неё километра три. На машине – не разговор даже. А с кем я пойду в неё? Подруга говорит: «Сходи одна». Да не хочу я одна! Я хочу потрещать за жизнь в парилке, поорать в холодном басике с кем-нибудь. Пивка дёрнуть кружечку. А все чертовски далеко. Кто в столице, кто вообще – в Омске. Кто женился, кто замуж вышел, кто помер. Вот тогда я и осознала, что такое одиночество. Это когда не с кем в баню пойти.
Я давно зарегистрирована на Badoo. Никому не отвечаю, ни с кем не общаюсь – вишу себе, да вишу. Тут со скуки решила геолокацию указать. Просмотрела мужиков – ой. Один попался ничего. И живёт недалеко. Лайкнула его. Он меня. Написал, в общем, заобщались. И такой, главное, вежливый. Приличный. Да красивый бонусом. Говорю: «Расскажи о себе». В моем понимании это значит: чем живешь, чем дышишь, что греет на этой Богом забытой планете. А вежливый и красивый сообщил мне, что любит делать массаж ног и в сексе без комплексов. Может я идиотка, конечно, но разве с этого начинают? У меня сразу интерес пропал. Я свалила с сайта, и не захожу. Пусть я старомодная, с комплексами, не прогрессивная. Но лучше пусть мне будет не с кем в баню, чем я знакомиться с конца начну.
На деревню опускается вечерняя темень. Скоро снова кормить собаку, потом гулять собаку. Потом что-то писать, что-то смотреть, и спать. Деревенская жизнь на поверку также скучна, как городская. Как любая другая. Нет, не скучнее. А именно такая же. И только выходя в 21 час с псом на воздух, я изредка останавливаюсь на дороге, закрываю глаза, и чувствую с неописуемым кайфом, как вечерний холод проникает в ключицы над широким воротом олимпийки с тремя полосками. И понимаю, что живу.
Начало моей деревенской жизни
Начало Холодной вечности