Мельников подошёл к Кате, сидевшей на скамейке под пожелтевшей кроной раскидистого дерева.
- Знаешь, - обратилась к нему девушка, - даже в тот момент, когда мы с тобой находились в машине, и по нам стрелял автоматчик… даже тогда мне не было так страшно, как сейчас, в автобусе. Если бы ты только видел этот тяжелый взгляд. Ещё секунда, и она растерзала бы меня там, прямо на сиденье.
- Прости… Катюш… - виновато пробубнил Дима.
Но Катя лишь усмехнулась:
- Э нет, второй раз на ласковые слова я не поведусь, уж извини. Я, может быть, девушка и наивная, но не глупая. Что ещё от меня нужно? Броситься под поезд, залезть в клетку со львом? Любой акробатический трюк, но к девушке этого... Хлыща я больше не ногой.
- Да нет, всё нормально. Дальше я сам. Хлыщ и Щепотка вроде как давно расстались, и я не был уверен, что он у неё…
- Послушай! Сошлись - расстались… - Катя поправила свой плащ и взглянула на Диму. - Милые бранятся — только тешатся. Тут дело такое. Хотя… Чего я умничаю? У меня же никогда любимого человека и не было.
Они помолчали, затем Дима несмело предложил:
- Может кофе?
- Давай, - Катя кивнула головой, - с радостью. Хоть нервы успокою.
Молодые люди медленно пошли по узкой асфальтированной дорожке. Катя, уже по привычке взяла Диму под руку и даже едва заметно прижалась своей головой к его плечу…
* * *
- О, какое уютное место, - Дима удивленно осмотрелся по сторонам. Кафе, действительно, было небольшим, приятным, и размещалось в здании, расположенном таким образом, что было скрыто от посторонних глаз. - Не перестаю удивляться тому, насколько хорошо ты знаешь город.
- В этом городе, Димочка, я провела большую часть своего детства, - ответила Катя, задумчиво помешивая ложечкой кофе.
- Вот как!? Но ты же воспитывалась в детдоме? В областном детдоме… Правильно?
- Угу, скучнейшее место, - Катя осторожно отпила горячий кофе и поставила чашку на столик. - Ненавижу его… Мы очень часто убегали оттуда и, пробравшись на электричку, мотались по городам и посёлкам области. Вот этот городок мне всегда нравился больше других. Не могу объяснить почему, но меня всегда тянуло именно сюда. Что-то своё, близкое по духу… Так что именно по этим улочками мы и мотались своей компанией.
- Катя, мне неудобно спрашивать, но всё же... ты совсем не помнишь своих родителей? Если тебе больно или неприятно говорить об этом, можешь не отвечать.
- Нет, всё нормально, - девушка беззаботно махнула рукой. - У нас в детдоме это было любимой темой разговора. По малолетству, каждый из нас рассказывал, что помнит родителей, и они у него космонавты или летчики-испытатели. Но на деле, это было, конечно же, не так.
- И ты их совсем не помнишь?
- Нет, но мне кажется, что они, всё же, были не очень честными людьми… Преступники… Ну, в понимании простых обывателей. Для меня же они родители — самые близкие люди, и плевать, какие они на самом деле!
- А с чего ты взяла, что они… ну… преступники.
- О, мой дорогой, но неизвестный мне друг, пожалуй, я постараюсь удовлетворить твоё болезненное любопытство. Но при этом придётся рассказать тебе, кто же такой Сивый, - Катя нахмурилась. - Почему я вообще в его банде, почему ненавижу его и … испытываю к нему чувство благодарности и привязанности.
Дима молча смотрел на девушку, боясь перебить её, Катя редко рассказывала о себе, а сейчас её потянуло на откровения. Главное не вспугнуть! Мельников и сам не мог понять, почему его так интересует всё, что связано с девушкой.
- Знаешь, там, в детдоме, очень важно, если у тебя есть человек, который навещает тебя. Это так здорово, ощущать, что ты не одинок в этом злом мире, что есть ещё на свете человек, которому ты не безразличен. Таким для меня был дядя Костя, он же Сивый. Сколько помню, дядя Костя всегда приходил ко мне в детский дом с неизменным пакетиком. А в пакетике настоящее богатство: карамельки или пряники. Воспитатели всегда уважительно разговаривали с дядей Костей, жаловались ему на меня, и он по-отечески журил за баловство. Как-то, когда я стала постарше и в очередной раз сбежала с детдома, воспитатели пожаловались ему. Дядя Костя очень сильно орал на меня и тогда же, в первые ударил. Я в слёзы, говорю ему:
- Кто ты вообще такой? Что тебе от меня нужно?
А он мне:
- Катенька, считай, что я твой дядька. Ты мне не чужая, я перед родителями твоими усопшими в долгу, а потому человека из тебя сделаю. Мы с ними такие дела промышляли в своё время. А они там, на небесах увидят и довольны будут, что Катька их в надёжных руках…
- Понятно, - говорю ему, - а расскажи про родителей моих. Где погибли, где могилка их...
- Подрастёшь, Катька, всё расскажу, - отвечал он, - а могилки их далеко отсюда. В далёком и сказочном Магадане. Менты их до того довели, Катюха....
Девушка замолчала, глядя в окно. Дима увидел, как по её щеке побежала прозрачная слезинка. Катя быстро смахнула её и продолжила.
- А я же молодая, глупая, не выдержала и говорю: "Дядя Костя, я не могу здесь. Забери меня к себе, будем вместе жить."
Ну а он: "Нет, Катюха, пока не могу. Некогда мне с тобой возиться. Вот окончишь школу, повзрослеешь, так сразу к себе заберу, а пока учись. Учись всему, что можно. И чтобы школу закончила на отлично, алгебры всякие, арифметики… Я сам в этом не силен, но ты, чтобы отличницей была! Понятно?"
Ну, а я что!? Девчонка тринадцати лет. В голове дым, а тут дядя Костя. Ловкий, смелый, весь в татуировках. Как начнёт про блатную романтику рассказывать, закачаешься. Мне всегда хотелось быть как он. Такой же отчаянной. Он, правда, пропадал периодически. То на год, то на три. Понятное дело загребли да закрыли, но после отсидок всегда в детдоме появлялся.
- Привет, Катюха! Скучала?
И я всегда радовалась, когда его видела. Это как праздник! И старалась учиться, школу с медалью закончила. В институт поступила, хоть Сивый и против был, мол, лишнее это всё! Но я настояла, а затем он с собой потянул «делишками» его заниматься.
Дима, слушая рассказ девушки, сжал кулаки. Вот же урод, этот Сивый. Наставил девчонку на кривую дорожку, которая, в итоге, рано или поздно приведёт её в тюрьму.
- И ты благодарна ему? - стараясь говорить спокойно, спросил Дима.
- Конечно же, нет, - Катя вздохнула. - Я же говорю, что в институте у меня мозги немного работать начали. Понимать стала, во что же он меня втравил, но поздно. Теперь уже «горбатого могила исправит». Как ты себе это представляешь?
- Не знаю… Вот ты кто по образованию?
- Филолог, - Катя улыбнулась. - Точно, пойду в школу работать, научу детишек «по фене тереть» и «вопросы решать». Знаешь, я вначале очень злилась на Сивого, а потом поняла, он действительно мне добра желал, но в его понимании.
Дима покачал головой, а затем посмотрел на свои часы.
- Катя, уже много времени, давай я провожу тебя домой.
- А ты?
- А у меня сегодня встреча со старым товарищем… безвременно усопшим и чудесным образом, воскресшим из мертвых. Думаю, Генка Хлыщ будет рад меня увидеть!
Уважаемый читатель, если Вам понравился рассказ, то подпишитесь на канал, чтобы читать этот и другие рассказы. Ставьте лайки и комментируйте, это позволит определить, насколько интересен рассказ и нужно ли что-то менять.
С уважением автор!