«Синдереллы» и «Клавы». Так классифицировал всех женщин один мой приятель, по роду службы - звукооператор, по убеждениям - пофигист и бухарь.
«Взгляд, конечно. очень варварский, но верный». Согласитесь, есть в таком подходе некий золотой ключик к волшебному театру под названием «дочери Евы». И тогда отдельные пазлы начинают складываться общую картину.
Пара в электричке - он и она. Не просто случайные спутники - действительно, пара. Союз, как бы старомодно ни звучало это слово. Девушка - из тех, про которых говорят «приятная», словно о погоде или обстановке в гостиничном номере. Приятная, да, немного даже литературно-картинная, профиль особенно хорош, лёгкая, тёмноглазая. А мужчина - противоположной наружности, похож на вконец изолгавшегося офисного аборигена.
И постепенно - минуте на пятой наблюдений - становится заметно, что в приятной девушке есть какая-то привнесённая, добавленная неприятность. Какая-то червоточина. Мазок сажей.
И понятно, что это следы присутствия в её жизни мужчины.
И девушка, при всей изысканности и приятности, конечно же, «Клава».
А вот «Синдереллы» - девушки с усталой снисходительностью. Ухоженные, стильные, юные. А на лице - несмываемой краской напечатано: «как меня достали мужики-соседи-гаишники-подлюки-подруги-разговоры-о-ковиде-критические-дни и само мироздание».
Насмешливо-пренебрежительные складки в углах губ. Как будто готовы фыркнуть тебе в лицо, и только врождённая воспитанность не позволяет. И в глазах - опыт нагулявшегося Агасфера.
Ну, и напоследок о нас, о мужиках. Рассказала давняя приятельница, давний друг.
«Купила я как-то пару комплектов нижнего белья, ну, такого, знаешь, такого необычного, ну, эротичного... Хорошее было бельё. А Вова у меня как раз в это время запил. Я такая терпеливо жду, когда он в норму войдёт. День на десятый, когда он уже чего-то соображал, я ему говорю: посмотри, что я прикупила. И прошлась по комнате. Сначала в одном комплекте, потом в другом. Вижу, у него в глазах оживление какое-то и радость. Ну вот, говорит, теперь у тебя есть выходное бельё».