В ранних, классических версиях греческих мифов, судьбы героев (не только смертных, но и богов) определялись надмирной силой рока, фатума, судьбы.
Но уже в античную эпоху смертные пришли к пониманию причинно - следственных связей. Отныне в произведениях литературы человек - творец своей судьбы. Счастье - не дар богов, его можно отвоевать, как для себя, так и для людей. Но накликать несчастье - проще. И оно тоже станет следствием наших поступков.
Что можно сказать о женщине, которая ради своей любви предаёт свой род и веру? Ради благосклонности любимого крадёт бесценную храмовую реликвию, а затем, спасаясь от погони, убивает родного брата?
И это только начало.
Её любимый муж не может занять подобающего ему места на родине - свёкор мешает. И героиня обманом убеждает других убить свёкра. Да, убивает чужими руками.
Но оказалось, ни ей, ни её детям не стать полноправными гражданами нового отечества - их судьба целиком во власти мужа и отца. А он... разлюбил. Просто готов пожертвовать семьёй ради нового брака, куда более выгодного.
Героиня в отчаянии: теперь её дети станут рабами! Некогда любимый муж стал ей ненавистен. Отравленный свадебный дар должен убить и его, и его новую невесту. Но случилось непредвиденное: невеста и её отец погибли, а муж - предатель жив.
Нет спасения её детям от разъяренной толпы - родственников невесты, и героиня, не думая более о себе, закалывает своих детей.
Да, это Медея. Автор - Эврипид - сочувствует именно ей. А её муж Ясон, некогда славный предводитель аргонавтов, наказан за предательство самой страшной карой: одиночеством. Он был первым среди равных... Сам погубил свою семью, своё счастье - и от него отвернулись все.
В финале Ясон умоляет Медею о последней милости - дать хотя бы прикоснуться к трупам его детей...
Комментируя всё происходящее на сцене, хор поёт о жалкой участи женщины: она - вещь мужчины. Ей даже не дозволено пользоваться умом, хотя она не глупее.
Хочешь, чтобы тебя считали честной - будь вещью. Хочешь чего - то добиваться - любой путь назовут преступным.
Трагедия была воспринята как вызов общественному мнению, и современники отвели Эврипиду лишь третье место среди своих драматургов. Почти провал!
Это потомки назовут "Медею" одним из величайших достижений греческой (да и мировой) литературы.