в самообмане отступления и призрака покоя нет... сыграй мне, мальчик, во спасение, целуя плачущий кларнет; баюкай, бойся прикасаться, вновь припадая – отвергай, с порывом вечного скитальца, обретшего заветный край; и я застыну сиротливо, подкидышем в гнездовье рук и буду слушать, как пугливо стихает звук…