(Исаия 22)
Глава 22 содержит три пророчества — или, возможно, три части одного пророчества. Первое из них — самое длинное. Оно касается Иерусалима (ст. 1–14). За ним следует осуждение Севны за равнодушие к кризису в городе (ст. 15–19). И последнее говорит о передаче власти Елиакиму (ст. 20–25).
ИЕРУСАЛИМ С ОГРАНИЧЕННЫМ ОБЗОРОМ (22:1–14)
«Пророчество о долине видения. Что с тобой, что ты весь взошёл на кровли? Город шумный, волнующийся, город ликующий? Поражённые твои не мечом убиты и не в битве умерли: все вожди твои бежали вместе, но были связаны стрелками; все найденные у тебя связаны вместе, как ни далеко бежали. Потому говорю: "Оставьте меня, я буду плакать горько. Не старайтесь утешать меня из-за разорения дочери народа моего. Ибо день смятения, и попрания, и замешательства в долине видения — от Господа, Бога Саваофа". Ломают стену, и крик восходит на горы; и Елам несёт колчан, люди на колесницах и всадники; и Кир обнажает щит. И вот, лучшие долины твои полны колесниц, и всадники выстроились против ворот и снимают покров с Иудеи. И ты в тот день обращаешь взор на запас оружия в доме кедровом. Но вы видите, что много проломов в стене города Давидова, и собираете воды в нижнем пруду; и отмечаете дома в Иерусалиме, и разрушаете дома, чтобы укрепить стену; и устраиваете между двумя стенами хранилище для вод старого пруда. А на Того, Кто это делает, не взираете, и не смотрите на Того, Кто издавна определил это» (22:1-11).
Пророк назвал это «пророчеством о долине видения» (ст. 1). Некоторые толкователи полагают, что «долина видения» — это саркастическое описание Иерусалима (Брайли). Джон Освальт вторит ему: «Здесь Исаия говорит, что Иерусалим — это не гора, с которой можно видеть далеко вокруг, а долина, из которой ничего не видно».
Точное время ситуации, описанной в этих стихах, не поддаётся определению. Однако смысл ясен. Иерусалим был «шумным», «волнующимся», «ликующим» городом (ст. 2), его народ двигался навстречу беде. Равнодушные руководители вели их ко дню «смятения, и попрания, и замешательства» (ст. 5). В решающий момент «все вожди… бежали вместе, но были связаны стрелками» (ст. 3), «без луков попали в плен» (Современный Перевод), то есть были схвачены без борьбы и сопротивления.
Мысль о разрушении любимого города вызывала у Исаии горькие слёзы (ст. 4). Он был безутешен, думая о «разорении дочери народа моего». Выражение «дочь народа моего» в книге Исаии встречается только здесь. Скорее всего, оно подразумевает Господний народ, отпавший от Его воли. В VI веке до н.э. Иеремия использовал тот же образ для описания своих душевных мук из-за Иерусалима (Иер. 8:11, 21, 22).
Исаия говорит в прошедшем времени, хотя похоже, что он описывает будущие события. Как мы уже отмечали, это «пророческое совершенное время»: когда Господь говорит, что что-то ещё только должно произойти, это настолько определённо, что события можно считать свершившимися. Если такое толкование верно, тогда Исаия имеет в виду грядущее вавилонское пленение. Возможно также, что он описывает будущее ликование, когда Бог вмешается и заставит ассирийскую армию уйти от стен города (Ис. 37:36; 4 Цар. 19:35). Элам и Кир приготовились к сражению с Иудеей. Элам был провинцией древнего Вавилона к востоку от реки Евфрат. Кир, вероятно, находился в том же районе. Это то место, куда Феглаффелласар III (Фул) переселил пленных из Дамаска (4 Цар. 16:9) и где пророчествовал Амос (Ам. 1:5).
Стихи 6 и 7 ярко описывают подготовку к сражению, которая приведёт Элам с его колесницами и всадниками к самим воротам Иерусалима (ст. 6). Долины и городские ворота будут захвачены врагом (ст. 7). Божий народ полагался на собственные силы и не понимал, что Господь снял «покров с Иудеи» (ст. 8). Они были заняты закладыванием проломов в стене и накоплением воды (ст. 9, 10).
«[Хранилище] между двумя стенами… для вод старого пруда» (ст. 11) — это, возможно, ссылка на туннель Езекии, по которому в Иерусалим шла вода из источника Гихон (2 Пар. 32:2–4). Рабочие совершили подвиг, вырубив его в твёрдой скале. Свою работу они закончили около 700 г. до н.э. и в ознаменование успеха выбили на стене надпись. Её обнаружили в 1880 году на расстоянии шести метров от пруда Силоам в глубь туннеля, извлекли и выставили в музее Стамбула, где посетители могут сегодня увидеть её. Надпись рассказывает, что рабочие прорубали скалу с двух концов, пока два туннеля не оказались один над другим. Тогда рабочие повернули и прорубили перемычку между туннелями, по которой вода из одного туннеля потекла в другой.
Иудеи полагались на собственные силы и возможности. В своих планах они полагались на пруд Силоам, но они «не взирали и не смотрели на Того, Кто издавна определил это» (ст. 11). Они не подумали положиться на Господа, который был их единственной защитой.
«И Господь, Господь Саваоф, призывает вас в этот день плакать и сетовать, и остричь волосы, и препоясаться вретищем. Но вот — веселье и радость: убивают волов и режут овец; едят мясо и пьют вино: "Будем есть и пить, ибо завтра умрём!" И открыл мне в уши Господь Саваоф: "Не будет прощено вам это нечестие, доколе не умрёте", — сказал Господь, Господь Саваоф» (22:12-14).
«И» (ст. 12) указывает на то, что это вывод, вытекающий из предыдущего раздела. Бог призывает к покаянию: народу нужно «плакать и сетовать, и остричь волосы, и препоясаться вретищем» в знак скорби и глубокого раскаяния. Если наше поклонение не основано на реальной перемене сердца, тогда это просто дешёвые и поверхностные жесты.
«Но вот», вместо того чтобы отреагировать на Божий зов, народ Иудеи, охваченный фатализмом, живёт, потворствуя своим желаниям. Их образ мыслей выражен в словах «Будем есть и пить, ибо завтра умрём!» Павел писал христианам в Коринф, что, «если мёртвые не воскресают», то такому мировоззрению нет альтернативы (1 Кор. 15:32).
Господь умоляет народ обратиться от своих злых путей к Нему. Если они не сделают этого, то умрут в своих грехах. Исаия говорит: «И открыл мне в уши Господь Саваоф» (ст. 14). Эдвард Янг подчёркивает важность этого пророческого откровения: «Неотвратимый приговор! Грешный, беспечный, пирующий народ! Верный пророк! Вот какую картину рисуют первые четырнадцать стихов главы».
СЕВНА, РАВНОДУШНЫЙ ВО ВРЕМЯ КРИЗИСА (22:15–19)
Весть о Севне можно считать продолжением пророчества об Иерусалиме. Она иллюстрирует характерную для жителей Иерусалима беззаботность на конкретном примере Севны. Янг пишет: «Он представляет собой пример плотского духа того периода: роскошь, бахвальство и жажда личной славы. Будучи историческим персонажем, он также олицетворяет общий дух политически честолюбивых людей того времени».
Севна занимал важную должность при дворе царя Езекии (4 Цар. 18:18). Царь уполномочил его вести переговоры с ассирийским военачальником (4 Цар. 18:18–37).
«Так сказал Господь, Господь Саваоф: "Ступай, пойди к этому царедворцу, к Севне, начальнику дворца, и скажи ему: Что у тебя здесь и кто здесь у тебя, что ты здесь высекаешь себе гробницу? Он высекает себе гробницу на возвышенности, вырубает в скале жилище себе". Вот, Господь перебросит тебя, как бросает сильный человек, и сожмёт тебя в ком; свернув тебя в свёрток, бросит тебя, как клубок, в землю обширную. Там ты умрёшь, и там великолепные колесницы твои будут поношением для дома господина твоего. "И столкну тебя с места твоего, и свергну тебя со степени твоей"» (20:15-19).
Слово сакан («царедворец»; ст. 15), в мужском роде встречается только здесь. (В женском роде оно использовано в 3 Цар. 1:2– 4, где рассказывается о девушке, прислуживавшей Давиду). Мотьер спрашивает: «Уж не сознательным ли унижением, “этим лакейским” нескрываемым раболепным “чего изволите” достиг Севна продвижения по службе?»
Бог спрашивает Севну: «Что у тебя здесь… что ты здесь высекаешь себе гробницу?» (ст. 16). Господь судит не только народы, но и каждого человека в отдельности. Севна больше беспокоился о своём будущем месте упокоения после смерти, чем о вплотную приблизившемся бедствии страны. Его история является примером мирских забот и хлопот, господствовавших во время, описанное в стихах 1–14.
Севна не будет иметь пышных похорон. Бог схватит его, свергнет с должности и бросит «в землю обширную», где он умрёт в бесчестье (ст. 17–19).
ЕЛИАКИМ, ВЕРНЫЙ НЕСМОТРЯ НА ОБСТОЯТЕЛЬСТВА (22:20–25)
Елиаким, ставший начальником дворца, изображён как человек, верный Господу и царю. Кроме стиха 20, все библейские ссылки упоминают Елиакима вместе с Севной и Иоахом, сыном летописца по имени Асаф.
«"И будет в тот день: призову раба Моего Елиакима, сына Хелкии, и одену его в одежду твою, и поясом твоим опояшу его, и власть твою передам в руки его; и будет он отцом для жителей Иерусалима и для дома Иудина. И ключ дома Давидова возложу на плечи его; отворит он, и никто не запрёт; запрёт он, и никто не отворит. И укреплю его, как гвоздь в твёрдом месте; и будет он как седалище славы для дома отца своего. И будет висеть на нём вся слава дома отца его, детей и внуков, всей домашней утвари — до последних музыкальных орудий. В тот день, — говорит Господь Саваоф, — пошатнётся гвоздь, укреплённый в твердом месте, и будет выбит, и упадёт, и распадётся вся тяжесть, которая на нём". Ибо Господь говорит» (20:20-25).
Фраза «раб Мой Елиаким» (ст. 20) противопоставляется самовозвышению Севны. «И власть твою передам в руки его», — говорит Господь (ст. 21). Исаия пророчествовал, что Севна будет понижен в должности, а Елиаким сменит его, став «начальником дворца». Это, видимо, произошло очень скоро, поскольку 4 Цар. 18, а также Ис. 36 и 37 называют Елиакима начальником царского дворца. Отцом Елиакима был Хелкия. Первосвященник по имени Хелкия служил в годы царствования Иосии в VII в. до н.э., но мы не знаем, был ли он отцом Елиакима. Нам не говорится, какую должность занимал его отец и служил ли он вообще.
«Ключ дома Давидова» (ст. 22) означает власть принимать решения, обязательные для исполнения, проявлять ту власть, которую даёт ему занимаемая должность. «Отворит он, и никто не запрёт» — это «указание на право занимающего эту должность принимать окончательные решения» (Хейли).
Господь продолжает: «И укреплю его, как гвоздь на твёрдом месте» (ст. 23). Елиаким должен был послужить стабилизирующим фактором в царстве. На нём будет висеть «вся слава дома отца его» (ст. 24). Севна закончил бесславно, а Елиаким был прославлен за свою верность.
Однако данной Елиакиму славы будет недостаточно, чтобы предотвратить беду для нечестивых. В последней части пророчества говорится, что «пошатнётся гвоздь, укреплённый в твёрдом месте» (ст. 25). Этим пророк подчёркивает, что дел одного праведника недостаточно для предотвращения Божьего суда над народом.
ПОГИБШИЙ ВО ВРЕМЯ ПОБЕДЫ
Историческим фоном этого пророчества, возможно, является избавление Иерусалима от Сеннахирима в 701 г. до н.э. Отрывок начинается с великой радости. Можно только представить возгласы ликования и беспримерное торжество жителей Иудеи после той победы, которую они чудесным образом одержали над самыми могущественными военачальниками того времени. Однако Исаия не разделял это веселье. Его сердце изнывало от скорби, потому что он видел, как вожди Иудеи убежали во время бедствия, не проявив серьёзной заботы о жителях Иерусалима. Кроме того, Исаия знал, что победа была временной; позже Бог позволит разрушить Иерусалим за его грех. Поэтому и плакал Исаия в этой атмосфере радости от разочарования и понимания того, что ждало их впереди. На эту изумительную победу над Сеннахиримом люди должны были посмотреть как на призыв к покаянию, но они игнорировали всякие предупреждения и предались эгоистичному веселью. Они превратили эту сверхъестественную проповедь в праздник. Этот отрывок должен заставить нас остановиться и серьёзно подумать о наших возможностях и ситуациях.
Понимаем ли мы, что никто не может заменить нас? Каждый человек имеет личную ответственность перед Богом. Это событие напоминает нам, что Бог никогда не судит группу; Он смотрит на каждого человека в отдельности. Иудея могла вписать в свои летописи беспримерную победу, но на Божьих весах будет взвешено каждое сердце. Первым Исаия стал учить полагаться на Бога, затем Езекия рассказал Богу о нужде народа в искренней молитве, и Бог в ответ простёр Свою могущественную и властную руку. Тем не менее, Бог спросил каждое сердце: «Ты стоял на своём посту в этой битве? Ты был сторонним наблюдателем или участником?» Даже преданность Исаии или Езекии не могла ничего сделать для того, у кого недостало веры во время битвы.
Понимаем ли мы, что мы можем быть осуждены даже во время победы? Представьте, что такое быть в Иерусалиме, когда Сеннахирим потерпел поражение. Только подумайте, какими вопросами засыпали бы вас ваши друзья и знакомые, которые только слышали об этом удивительном событии. «А что ты делал в ту мрачную ночь? Ты молился или плакал? Ты в самом деле положился на Бога или заламывал руки в отчаянии?»
Исаия говорит, что во время этого великого избавления многие самовольно оставили свой пост. Его обвинение напоминает нам, что и в верной церкви человек может духовно погибнуть, пойти по кривой дорожке, даже будучи членом крепкой христианской семьи, и быть осуждённым, даже выполняя великую христианскую работу.
Мы должны понимать, что слуга делает свою часть, какой бы малой или большой ни была задача, которую нужно выполнить. В конце этого отрывка Исаия переключает своё внимание на человека по имени Севна, занимавшего должность первого министра. Этот человек, вместо того чтобы служить народу, строил себе гробницу и старательно надзирал за работами. Исаия сказал, что гробница ему не понадобится. Его место займёт Елиаким, а он будет изгнан в другое место и умрёт в безвестности.
В связи с реакцией людей на осаду Сеннахирима и неверными приоритетами Севны мы лицом к лицу сталкиваемся с ролью слуги. Во время осады истинные слуги делали, что могли: кто-то служил в тени, а кто-то вёл за собой в ярком свете. Слугами могут быть правители, призванные жить для народа, или люди, которые незаметно и без шума работают на тех, кто получает аплодисменты. Что бы их ни попросили делать, истинные слуги продолжают выполнять свою часть работы. Они живут для Бога, где бы они ни были. Они думают не о себе, а о конечных целях Божьих.
Эта глава ставит нас перед реальностью. Она говорит нашим сердцам о том, что по-настоящему важно. Когда все вокруг только и думали, что о победе, Исаия думал о состоянии каждого сердца перед Богом. Он думал не о самосохранении, а о духовности Божьего народа. Нам следует прислушаться к урокам Исаии: никто не может заменить нас; мы можем погибнуть даже во время величайшей демонстрации Божьей силы; слуга исполняет свою работу, большую или малую, во славу Божью.