Конечно, «Роман о девочках» написан Владимиром Высоцким гораздо раньше, предположительно в 1977 г.
Но в нем много чувствуется того, что составило дух «лихих 90-х». Например:
- мальчишки-шалопаи, которые подворовывают голубей, а потом продают их на рынке. А если вдруг среди покупателей попадется бывший хозяин этих же голубей – мальчишка начинает рвать на себе рубашку и с надрывом, почти с истерикой вопить: мол, да берите хоть всё, волки позорные.
Были, конечно, такие мальчишки и в 1960-е гг., и после революции 1917 г. Вся эта дворовая тема вообще свойственна нашей стране. Но особый интерес ко всему этакому асоциальному на грани фола акцентировался именно в 1990-е;
- все эти блатные тусовки с блатными же песнями а-ля «Нинка-наводчица». Опять же, они бывали в разные годы, но в 1990-е это была просто чуть ли не определяющая черта периода.
И обязательно надо было отбыть несколько сроков, чтобы к тебе с большими уважением относились «авторитеты» и прочие люди в твоей тусовке.
Один из героев – актер Александр Кулешов – даже очень напоминает самого Владимира Высоцкого. Он тоже поет песни (близкие по духу нашему поэту), тоже играет в театре… и тоже мечется на грани между высоким и блатным;
- все эти девочки, которые слишком рано (класса с 9-го) начинали взрослеть. Да, такое бывало раньше и есть сейчас. Но в 1990-е это стало особым «шиком».
Вот такая пугающая действительность подростково-юношеской среды, когда в пионерском лагере после песен у костра разбредаются парочки по палаткам – как вожатые, так и старшие пионеры.
В советское время такое «ставили на вид» и искореняли. А в 1990-е этот запретный плод стали считать чем-то интересным;
- интерес к Булгакову. Он активно проявился уже в 1980-е, но в 1990-е еще акцентировался.
Причем у Высоцкого а-ля булгаковская тема сквозит завуалированно. Может быть, он даже и не имел в виду собственно Михаила Афанасьевича, а просто «идеи витают в воздухе».
К примеру, фраза Высоцкого «справедливо все-таки замечено древними: во всем виноват квартирный вопрос» отсылает нас к булгаковскому «квартирный вопрос испортил москвичей», а может, и к еще более раннему Зощенко;
- мимолетность отношений. В советское время это считалось недопустимым. Потом пошли послабления. А в 1990-е мимолетности расцвели вовсю.
Вот как герой Высоцкого расстается с девушкой, когда идет отбывать срок:
«– Ты меня не жди, не на фронт иду!
– Я и не собиралась!»
Как видите, все просто;
- любовь к иностранцам. Именно в 1990-е повально пошли мечты девчонок уехать за границу. Но встречались с иностранцами по принципу, перепетому другим певцом, попозже: «Некоторые женятся, а некоторые – так».
Главным же образом встречались с ними «как с символом чего-то иного и странного», а больше – символом комфорта и недостижимой роскоши или хотя бы уюта. И радовались, когда те делали им подарки в яркой упаковочной бумаге – вроде как «от Кардена», хотя на самом деле с местного рынка;
Как тут не вспомнить более поздний, уже совсем на грани 1990-х снятый фильм «Интердевочка».
- мрачность настроений. У Высоцкого, как и в 1990-е, уж если девушка – то «ранняя», если парень – то с «ходками», если семья – то с конфликтами, если работа – то плохенькая (женская – продавщица напитков, а то и валютная особо; мужская – бывший тюремный надзиратель).
Даже позитивные явления воспринимаются в «Романе...» с язвинкой. Например, человеку дали орден – «как розыскной собаке». Или люди увлекаются альпинизмом, но об этом говорится вскользь и опять же с иронией;
Занятно, что в издании во Франции название романа перевели как «Молодые девушки». Чувствуете – как зазвучало? Более прилично и менее иронично.
- романтизация асоциального. Так, изнанка мрачноватой жизни описывается в духе горько-рефлексивного «Тот, кто раньше с нею был», мальчики с «ходками» демонстрируют благородные чувства, а девочки, которые встречаются с иностранцами, оказываются утонченными особами.
И все деклассированные личности, и все их около-криминальные поступки описываются как вызов. Но вот вдуматься: кому вызов? А чтобы ответить на этот вопрос, возвращаемся к предыдущему пункту «мрачность настроений».
«Роман о девочках» по большому счету назвать романом сложно. Тут, скорее, можно согласиться с мнением о нем самого Высоцкого, который, отвечая в 1980 г. на концерте на вопросы слушателей, назвал это произведение «некоторые мои впечатления в прозе». И эти впечатления по духу весьма близки атмосфере «лихих 90-х».
Кстати, Марк Розовский, поставивший в театре-студии «У Никитских ворот» спектакль по «Роману...» спустя 12 лет после его 1-го издания, так объясняет его популярность: это «бродячий сюжет, сюжет-штамп, сюжет знаемый…».