13 сентября у знаменитого польского писателя и оригинального социального философа день рождения. Читайте подборку интересных фактов о его жизни, творчестве и следе, который Станислав Лем оставил в истории.
Вопреки тому, что официально день рождения писателя отмечали вчера, выше нет никакой ошибки. Дело в том, что маленького Станислава родители записали родившимся на день раньше из-за расхожего суеверия, связанного с числом 13.
Семья Лема, будучи еврейской, всё же не подверглась репрессиям во время нацистской оккупации. Спасибо своевременно подделанным документам. Однако другие родственники почти в полном составе отправилась сначала в гетто, а затем в концлагеря. И практически никто их не пережил.
Ийон Тихий: вселенная Станислава Лема
Лем, хоть и рос в среде евреев, но воспитывался как католик. Позже он определял свое мировоззрение как атеизм или агностицизм.
Согласно исследованию интеллекта, которое проводило польское министерство образования, маленький гимназист Станислав оказался самым умным ребенком в южной части Польши. Мальчик уже тогда запоем читал Герберта Уэллса и Жюля Верна, и больше всего мечтал стать учёным.
Лем был полиглотом. Он знал шесть языков: латынь, английский, французский, немецкий, русский и украинский. Кстати, английский он выучил будучи уже в зрелом возрасте, и произношение у него здорово хромало (сам он называл это «английский гориллы»), однако писал и читал на нём свободно.
Первая литературная слава к Лему пришла после романа-предупреждения «Астронавты» (1951). Сюжет там вращался вокруг упавшего в 1909 году в районе Подкаменной Тунгуски инопланетного космического аппарата. В первые годы XXI века детали корабля обнаруживают при раскопках и вместе с ними извлекают носитель информации. После его анализа выясняется, что корабль прибыл с Венеры.
Ещё там же говорится, что венерианцы собирались уничтожить всё живое на Земле. Чтобы разобраться в произошедшем к соседям направляется экспедиция. В итоге выяснилось, что информация была верной, но по иронии судьбы венерианцы уничтожили друг друга раньше, чем у них дошли руки до Земли.
Другая культовая книга, которая принесла автору статус философа и научно-технического пророка, называется «Сумма технологий» (1964). В ней он сделал попытку описать возможные «подводные камни» научно-технического прогресса и таких на тот момент не существующих вещей как виртуальная реальность, нанотехнологии и искусственный интеллект.
Надо сказать, что Лем не был первым в этом жанре и книга его наследует аналогичным по замыслу исследованиям Артура Кларка («Черты будущего») и советского физика Иосифа Шкловского («Вселенная, жизнь, разум») — последнего поляк в предисловии благодарит и называет главным вдохновителем своей работы. Оба этих труда вышли в 1962 году.
При этом новация Лема состояла именно в том, что он сосредоточился на разного рода «побочных эффектах» технологического прогресса. И в этом он предвосхитил ещё одно нашумевшее футурологическое исследование американца Алвина Тоффлера («Футурошок»).
Интересная деталь: в «Сумме» Лем в числе прочего предсказал создание науки о поиске информации (по существу предрек возникновение поисковых машин) — он назвал её «ариаднология». А нечто очень напоминающее интернет писатель предрек в романе «Магелланово облако» (1958).
Еще одна книга, которую стоит упомянуть в контексте Лема-футуролога, касается информационных технологий и называется «Мегабитовая бомба» (1999). В России она публиковалась культовым журналом «Компьютерра».
«Бомба» представляет собой сборник статей, посвященных критике тенденций развития интернета и информационных технологий. Многие восприняли эту книгу в штыки и она породила немало разочарования пророческими способностями писателя.
«Технология открывает новые возможности для злого умысла… Телевидение перенасыщено насилием и делает нас невосприимчивыми. Интернет упрощает нанесение вреда ближнему…». ~ Мегабитовая бомба
Однако тут, скорее, в самом Леме говорило разочарование разительным несовпадением того, каким себе рисовали информационные технологии и искуственный интеллект в 60-е годы с тем, каким всё это стало на рубеже тысячелетий. Подобное недовольство испытывал тогда не только Лем.
Он был и остался диссидентом даже после эмиграции. В 80-е писатель переехал на Запад, пока в родной Польше был политический кризис. Однако и на новом месте он громко критиковал американскую научную фантастику за коммерциализацию и бездуховность.
Это закончилось скандальным лишением Лема почетного членства в организации американских фантастов (та самая, что учредила «Небьюлу»). Случилось это всего через три года после того, как его (в виде уникального исключения) туда ввели. Муркок и Ле Гуин, дружившие с Лемом, немедленно вышли из организации в знак протеста.
Умер писатель от проблем с сердцем в 2006 году. Урна с его прахом находится в Кракове на Сальваторском кладбище.